— Значит, по мнению гуру, убийства совершаются с подачи Великого, и он сам знает, когда пресечь действия преступника рукой закона?

— Выходит, что так.

— А как насчет спектакля? Кто теперь будет репетировать роль Офелии?

— Спектакль под угрозой закрытия. Правда, режиссера, похоже, вполне устраивает, что он опять может вернуться к прежнему составу исполнителей, да и спонсоры уже вложили огромные деньги, так что Клязьмина заменит Лисицыну. Но это пока.

— Ты хочешь сказать: до следующего убийства?

— Знаешь, надоели мне все эти убийства. Пойдем лучше смотреть картины.

«…Настоящая женщина никогда не перечит мужчине…»

Алена подавила в себе желание развить тему преступлений и, понурив голову, поплелась в зал французского импрессионизма.

* * *

— Мы с Коржиком решили пожить некоторое время вместе, — сообщила Настя, как только Алена переступила порог театра.

— Поздравляю, — Алена сдержанно улыбнулась ей. — Ганин на репетиции?

— Утренняя репетиция закончилась десять минут назад.

— Черт! Опять опоздала.

— Коржик на тебя дуется, — Настя приняла обиженный вид. — Как ты могла так поступить с ним?! Вы ведь вместе учились.

— Слушай, я училась в одной группе с двадцатью журналистами. И что теперь, я должна раскрыть секретную информацию о ходе следствия всей стране?

— Я думала, мы с тобой подруги!

— А я от тебя ничего и не скрываю.

— Ну конечно, — фыркнула Настена, — а о романе со следователем?

— Да что там говорить, — махнула рукой Алена, — ходим пока по музеям и выставкам. Если учесть, что этот роман у меня далеко не первый и все они начинались с тех же музеев и выставок, можешь представить, каково мне таскаться по залам. Скоро я стану искусствоведом.

— Пора с этим завязывать, — покачала головой Настя.

— Точно.

— Выходи замуж. Как я.

— Ты еще не вышла. К тому же я не уверена, что это лучший выход.

— Зато теперь мне больше не грозит Третьяковка! А ты его любишь? — Настя хитро взглянула на подругу.

— Ну… наверное… пока трудно сказать.

Чтобы не развивать тему, углубляться в которую она не решалась даже наедине с собой, Алена предпочла побыстрее ретироваться, поэтому развернулась и почти бегом понеслась вверх по лестнице.

— Так я позвоню, — донеслось из-за поворота. Голос она тут же узнала.

«Ну конечно! — ослепительная мысль пронзила ее голову. — Как я могла забыть! Ведь именно тогда я слышала разговор…»

— Привет, Аленка! — она с наслаждением искупалась в серых лучах ганинских глаз.

— А я надеялась подловить тебя после репетиции, — призналась она.

— Тебе это с блеском удалось, — он осветил ее своей знаменитой улыбкой. — У нас перерыв, и я собрался перекусить в кафе напротив. Хочешь составить мне компанию?

— Еще бы!

Он взял ее под локоток и препроводил мимо ошалевшей Настены.

— Везет же некоторым, — вздохнула она у них за спиной.