— Беру деньгами! — сразу же ответил я, понимая, к чему клонит Волконский.

— А кто тебе их даёт? — хмыкнул он, сбив меня с толку. — Меч принадлежит мне, поэтому фиг его получишь, а откупиться Олег не может, так как все его счета я заблокировал.

— Вообще-то, по законам Российской Империи, — встряла слегка пришедшая в себя Юлия, — твой сыночек должен отправиться в рабство к победителю, если не может заплатить. Судя по ценности вещи, это лет на пять лишиться титула, став простым слугой. Так что, господин Волконский, либо раскошеливайся, либо меч гони!

— Правильно, Юлия Петр… К чёрту! Тема скользкая, нервная, поэтому сейчас давайте без этих манер: всё равно собьёмся! Короче, Юлия, ты абсолютно права. Именно в рабство к барону Гольцу я и хочу определить Олега.

То, что мы охренели от такого заявления — это ничего не сказать! Денег князь бы дал или бошки поотрывал — тут понятно, но запрягать в кабалу собственного наследника… Уж не сошёл ли с ума Юрий Фёдорович Волконский? Затылочком спьяну о ступеньки не приложился? Хотя… Вряд ли. У Абсолюта защита разума стоит на первом месте.

— Перестаньте изображать из себя деревенских дурачков! — раздражённо сказал князь через пару минут, видя, что мы не хотим приходить в себя. — Не Полный Магистр и Полный Мастер, а позорище, не умеющее себя контролировать!

Да, именно так и хочу поступить с Олегом. Когда он тебе, Макс, проиграл бой, то я совсем не удивился подобному финалу. Отчитал, погневался как следует, но не удивился. Ты же сам видел, в каком состоянии Олег находился… И подобное с ним не впервые.

Я прикладывал все свои умения, тайно поднимал связи, чтобы излечить сына от алкоголизма и наркотиков, но ничего не помогало. Даже сила Абсолюта бессильна против вселенской дурости. Позавчера он снова чуть не погиб. Теперь препарат, затуманивший мозги, не ограничился земным происхождением. Это вытяжки из растений Кочующих Миров. К каким последствиям подобные «снадобья» приводят, думаю, никому из вас объяснять не надо.

— Да… — покачала головой Юлия. — Паралич после нескольких месяцев применения — это, считай, повезло…

— Нескольких месяцев у Олега, слава богу, не было. По его признанию и словам медиков, раза два кололся всего. Но психологическое привыкание идёт после первой дозы. Держать его взаперти всю жизнь я не могу, поэтому принял решение отдать во временное рабство. Благо и повод для подобного подходящий есть. Оформим по всем законам на пять лет с привязкой к хозяину. Она-то и заменит наркотики.

Ты, Гольц, будешь за него отвечать. Если сын, по твоему мнению, излечится раньше обозначенного срока, то я выкуплю его за такую сумму, что до конца дней ни ты сам, ни твои будущие дети ни в чём нуждаться не будут.

— А если не вылечится? — вежливо поинтересовался я.

— Значит, не справился со своим заданием.

— В таком случае я прощаю Олегу долг. Имею полное право на это. Сами разбирайтесь со своим дерьмом.

— Молодой человек, — приподнял одну бровь князь, — ты меня совсем не боишься, если осмеливаешься перечить? Или дурак? А мне говорили, что подающий надежды…

Я внутренне усмехнулся. В бытность Безумного Генерала сам был не меньше Абсолюта по силам, поэтому понимаю все действия Волконского, даже, может, лучше его самого. Но об этом знаю лишь я и Такс. Остальных не касается.

— Боятся темноты, высоты или выдуманного чудища под детской кроваткой. Но мы же люди взрослые, поэтому, признаюсь честно, просто опасаюсь. Но согласитесь, Юрий Фёдорович, что сделка немного кривая. Вы мне туманные обещания и неадекватного сына…

— Он адекватный просто…

— Наркоман. Я понял. Я же пять лучших лет своей жизни угроблю, подтирая за вами дерьмо.