— Ты жила в Грузии? — спросила Анна.

— Нет. Просто когда жили в Перми маленькими, отец нас с Кириллом часто брал к себе в воинскую часть. У них был повар грузин и творил истинные чудеса.

— В Перми? — внезапно растеряв акцент, поинтересовался повар из-за стойки. — А фамилия у твоего отца какая?

— Такая же, как и у меня. Воронин.

— Полковник Савелий Тихонович Воронин?

— Вы знаете его?

Вместо объяснения Дато, несмотря на свои немаленькие размеры резво перемахнул через стойку и, подбежав, обнял ошалевшую Настю.

— Ай! Дочка! Какая большая стала! Не узнал! Ни тебя, ни Кирилла!

— Отпустите! — пропищала полузадушенная девушка. — Кто вы такой⁈

— Тот самый повар и есть! Не помнишь⁈ Ты ещё хачапури по-аджарски яичным хлебушком называла!

— Было… Ничего себе! Только что-то вы на того себя не очень-то и похожи.

— Старый потому что. Потолстел, облысел за десять лет и пять ранений. А раньше стройным красавцем был. Как там полковник? Живой? Воюет?

— Живой, но не воюет, — за сестру ответил Кирилл. — Здесь теперь поселились. А папа в отставке… Выгорел…

— Жаль. Я вот тоже списан. После второго ранения меня в тыл перевели, но отпросился к Чистильщикам. У них остатки здоровья и оставил. Но полковника Воронина никогда не забуду! На себе меня сломанного тащил. Жизнь спас.

— Мы передадим, дядя Дато.

— Обязательно, Кирилл! Всегда Савелий Тихонович будет тут желанным гостем. Правда, я только открылся, и всё красиво сделать денег нет, но накормлю так, что больше ничего у других есть не захочет. И напою, конечно! Грузин без вина друзей за стол не сажает!

— Эй, черножопый! — внезапно раздалось от двери.

Пятеро типов, явно бандитского вида, ввалились в ресторанчик и, не обращая на нашу компанию никакого внимания, подошли к Дато.

— Деньги за неделю гони!

— Э, слушай, а! — опять включил акцент повар. — Нэт ещё ничего. Толко начинаю. Патом отдам.

— А нам плевать! Короче, срок до завтра! Семьсот рубликов вынь да положь, обезьяна волосатая!

Первым на такое среагировала Анастасия. Вскочив, она чётким ударом кулака вырубила говорившего. Ну и мы не заставили себя долго ждать. Двадцать секунд и бандиты корчатся на полу, подвывая и держась за пострадавшие части тела. Не стали долго любоваться на них и выкинули на улицу.

— Теперь точно спалят… — не выказал радости Дато от нашей молниеносной победы. — Это люди Сиплого, который все рестораны под собой держит.

— Разберёмся! — воинственно произнесла Анна.

— Нет, красавица. Не разберётесь. Одних на нары отправите, так другие на их место обязательно явятся и за дружков отомстят. Да и сам Сиплый непростой отморозок. Говорят, когда-то Магистром был, аристократом. За тёмные делишки на каторгу загремел. Бежал и теперь через посредников руководит своими людьми. Такому дорогу переходить — легче в Дыре с Лордом сцепиться. Бежать мне нужно из Петербурга, а вам ходить, оглядываясь.

— А знаете, — немного подумав, заявила Настя, — поехали в наше имение. Отец будет рад вас видеть, да и безопасно в нём.

— Нет, — покачал головой Дато. — Не на кого ресторан оставить. Разнесут тут всё. Пусть лучше люди Сиплого приходят. Может, и договорюсь…

— Не договоришься, — возразил я. — Езжай с Ворониными, а я здесь сторожа оставлю. Есть у меня на примете одна очень хорошая собачка.

— Сам ты «собачка»! — раздался в голове голос Такса. — Боевой пёс!

— Заткнись, пожалуйста.