Сначала мне нужно было остудить свои страсти, что в данной ситуации сделать оказалось очень не просто. Точнее будет сказать, просто невозможно. Потому, чтобы не оказаться застигнутым в таком напряженном состоянии, я спешно прервал водные процедуры, быстро оделся и вернулся в избу.

    Наталья с Ваней вернулись спустя полчаса, в течение которых я не находил себе места. Они вели себя, как расшалившиеся дети: толкались, хохотали и хвастались, кто из них лучше умеет париться. Кажется, мой оруженосец был в полном восторге от новой подружки и с неохотой отправился в свою комнату.

    -  Почему ты сбежал? - смеясь, спросила девушка, развешивая выстиранную рубаху. - Не умеешь париться?

    -  Да нет, просто больше не захотел, - невнятно ответил я, мучительно соображая, в чем она собирается спать. Другой одежды, кроме сарафана и рубахи, у нее не было.

    -  Нужно было оставить исподнее, я бы постирала, - сказала она.

    -  У меня больше ничего нет.

    -  Ну и что? Поспал бы так!

    Я уже просто не знал, что думать. Очень часто мы совершаем поступки, руководствуясь исключительно собственными представлениями о реальности. Когда же оказывается, что такое поведение совершенно неожиданно для окружающих, бывает трудно объяснить им свою мотивацию. Потому я старался понять, что Наташа от меня ждет, и не поставить ее в положение выбора, отказав мне в нежности, расстаться со своим единственным защитником или вынуждено подчиниться его произволу.

    -  Ничего, я недавно менял белье, постираю завтра, - сказал я. - Нужно будет купить сменную одежду…

    -  Ладно, давай ложиться, - предложила она. - Гаси свечу, я буду раздеваться.

    Я задул свечку. То, как она сказала «раздеваться», прозвучало безо всякого второго смысла. Просто человек хочет раздеться, чтобы лечь спать. Спать и ничего более. Я уже подумал, правильно ли понял ее слова, подтверждающие сексуальный опыт. Слишком непосредственной и наивной казалась девушка.

    -  Ну, что же ты не ложишься? - спросила она, кончив шуршать сарафаном и скрипеть полатями.

    -  Ложусь, - придушено ответил я, быстро разделся и лег с самого края.

    Наша камора была без окон, так что без свечи рассмотреть что-либо здесь было невозможно. Я и не пытался, был заведен так, что было не до разглядываний интерьеров.

    -  Тебе удобно? - заботливо спросила девушка, ворочаясь на своей половине постели.

    -  Да, а тебе?

    -  Мне холодно, можно, я о тебя погреюсь?

    -  Наташа, - сказал я, поворачиваясь к ней, - ты уже большая девочка и должна понимать, чем все это кончится!

    -  Чем? - невинно-лукаво спросила она.

    -  Тем! - сердито прошептал я.

    -  Ну, правда, чем?

    -  Спи!

    -  Мне холодно! - капризно повторила она и без спроса придвинулась ко мне. - Бедненький, да ты сам совсем холодный, да еще дрожишь! Давай я тебя погрею… Ой, что это у тебя?!

    -  Наташа! - только и смог сказать я, и притянул ее к себе.

    -  Не надо… Не так быстро, - шептала она, отвечая на мои поцелуи.

    -  Ты! - воскликнул я.

    -  Да, да!

    Потом, остывая, мы лежали рядом и шептались.

    -  Бедненький, ты сегодня не спал всю ночь, - говорила она, нежно трогая мою грудь.