|
— Не е, — признался он, — а ты? — Видел, — ответил я, — гадость. (Лазал как то на один сайт, даже не из любопытства, а в пику профу, потом полдня тошнило.) — А такого, — он показал на голову горыныча, — где можно купить? — Не знаю, может быть, нигде. — Как это? Я рассказал, кто такой горыныч и как я его заполучил. — Здорово! И тебя не выпороли? Я посмотрел на него в упор. — Ну чего? — потянул он. — Мама говорила, что тут… Меня никогда… — Значит, так, объясняю один раз. Во первых, ты не Дома, а на Этне, при девчонках даже не заикайся. Во вторых, спрашивать можно только у самых близких приятелей, если они не против. Ясно? А то тебе просто набьют морду, учти. С тобой даже десятилетка справится. Так что твое праздное любопытство останется при тебе: за три месяца ты не успеешь завести никого, у кого бы мог спросить. — Угу, — вздохнул он, постаравшись не выдать своего разочарования. Я посмотрел на часы: — Мне пора на тренировку, в шахматы будем вечером играть. — А посмотреть, как ты тренируешься, можно? — Спортзал внизу, а спрашивать надо у сенсея. В порядке компенсации за утреннюю победу тренировка прошла неудачно (для меня). И этот тип всё видел. Впрочем, он ничего не понял. Ну эта заботливая мамочка даёт: привезти сыночка туда, где он все время будет чувствовать себя ущербным. Если, конечно, не дурак. Хорошо учатся многие, и это никому не мешает «бегать с бластерами». И ещё. Я как то осенью взломал «педагогический форум»: оказывается, наш «министр просвещения» ещё лет пятнадцать назад велел специально заботиться о том, чтобы в каждом классе каждой школы корпорации обязательно была минимум одна очень умная девочка (если надо, снижают размер оплаты или даже берут бесплатно). Ну какой же парень согласится с тем, что девчонка делает что то лучше, чем он? Работает не для всех, но в общем неплохо придумано. Педагоги втайне от детей (тех, кто не умеет взламывать) обсуждали, как бы сделать эту меру ещё эффективнее. А в шахматы Виктор играет так себе, знает кучу дебютов, но своей фантазии нет. Не стратег. Следующие два дня синьора Будрио показывала сыну всякие достопримечательности Палермо. Поэтому надоедала нам только за завтраком и ужином. Самым несчастным человеком в Лабораторном парке в эти дни был Рафаэль. Вечером в пятницу он взбунтовался: заявил синьору Соргоно, что не надо быть гонщиком, чтобы возить по городу эту ведьму. Синьор Соргоно согласился с его доводами и, зловеще улыбаясь, обещал, что с понедельника будет использовать эту работёнку в качестве наказания нерадивым, невнимательным и так далее (список длинный). Лабораторный парк испуганно замер. Глава 19 Лариса почему то не захотела провести выходные вместе со мной, да ещё и погоду обещали отвратительную. Я уже начал страдать, когда мне позвонил Алекс и сказал, что раз уж у наших девчонок появились какие то тайны (и Лаура, и Джессика отказались их выдавать), то и мы можем провести пару дней, занимаясь чем нибудь неинтересным им и интересным нам. В итоге мы договорились собраться у меня и заняться наконец проектом «Кремона», а Гвидо пусть учится, хватит дурака валять, не маленький. А куда я дену своего приёмного кузена? Точнее, это я его приёмный кузен — так я и объяснил друзьям. Синьора Будрио отправилась встречаться с приятельницами, которых не видела шестнадцать лет, и её сынок был оставлен на моё попечение. — Ладно, — великодушно проворчал Лео, — будет мешать, выгоним. Напуганный его грозным видом Виктор забился в угол. Вот пусть там и сидит. А мы занялись делом. У меня накопились кое какие идеи, и я жаждал ими поделиться. — Синьоры, — начал я торжественно, — не кажется ли вам, что, во первых, мы изобретаем велосипед, а во вторых, делаем это уже во второй раз? — М мм, — задумчиво сказал Алекс, — пожалуй, да. |
