Мы послушно замерли — подходить, прямо скажем, не больно и хотелось.

— Что вам угодно?

— Вы, вероятно, удивитесь, — решил быть вежливым я, — но нам угодно такси.

— Адрес?

Я назвал.

— Тариф?

— Быстрый. Самый быстрый из всех возможных.

— Это дорого, — осадила тетка.

— Догадываемся, — кивнул я. — Но что поделать. Торопимся.

— Оплата вперёд!

— То есть, назад не повезёте? — уточнил я.

— Если вызовете, повезём.

— А сразу туда-обратно нельзя заказать?

— Молодой человек, вы издеваетесь? — возмутилась тётка. — Если вы попадёте в аварию и скончаетесь на месте, кто будет оплачивать обратный рейс?

— Она? — предположил я, кивая на тян.

— А она что — бессмертная?

— Нет, — пасуя перед железной логикой, признал я.

— Вот! — торжествующе кивнула тётка. И закашлялась так, что мы с тян, не сговариваясь, попятились. — Берёте такси, или нет?

— Берём. — Хотя мне уже очень хотелось прогуляться пешком. Прямо нутром чуял, что здоровее буду.

— Семьдесят восемь нимиров. — Тётка заколотила пальцами по клавишам какой-то адской машины.

Мы расплатились наличными, предусмотрительно выданными Шарлем, и едва не бегом рванули на улицу.

Таксист курил что-то настолько вонючее, что, если бы по вонючести устраивали соревнования, ему бы однозначно дали первое место. Не глядя, только за то, чтобы не дай бог соревноваться не явился.

— А ты и родилась в этом мире? — спросил я у тян. Мы с ней, в попытках урвать свежего воздуха, по очереди высовывались из повозки, но длительного облегчения это не приносило. В соседних повозках и на улицах курили, по-моему, все, включая малых детей.

— Ага, — сказала тян. — И, знаешь, я ведь раньше всего этого даже не замечал. Ну, насколько тут тяжело дышится. И вообще. Как-то в голову не приходило, что можно жить в каком-то другом мире.

Я сочувственно покивал.

— Анекдот про двух червяков знаешь? Папа, а мы можем жить в больших вкусных яблоках? Да, сынок! А в больших душистых грушах? Тоже можем, сынок. Так почему же мы живем в говне? Потому что Родину, сынок, не выбирают!

— Не смешно, — сказала тян. Помолчала. — На что ты злишься, Костя?

— Я злюсь? — изумился я.

— Ты. Сам не свой в последнее время. Это из-за Дианы, да? Из-за того, что согласился её выследить?

— С чего ты взяла?

— Почувствовал. Если бы я поступил так, как ты, тоже места бы себе не находил. Хотя понимаю, что другого выхода не было. — Тян положила руку мне на плечо и заглянула в глаза с таким сочувствием, что врезать захотелось.

— Отстань! — Я сердито сбросил её руку. — Тоже мне, психологиня нашлась. «У вас проблемы, хотите поговорить об этом» — к подружкам иди, ясно? А я уж как-нибудь сам разберусь. Тем более, что и разбираться не с чем.

Тян грустно покивала. Открыла рот, и я почувствовал, что после следующей её фразы из такси всё-таки сбегу. Но тут повозка остановилась.

— Приехали, — выпустив на нас рекордно вонючий клуб дыма, объявил таксист.

Съязвить я не успел. Обалдел так, что стало не до разговоров.

Такси остановилось рядом с многоэтажным офисным зданием. Тем самым, из которого неделю назад мы вынесли пепельницу.

* * *

— Я ничего не понимаю, — пожаловалась тян.