— Чего такое? — спросил я с набитым ртом.

— Деньги списались, — озадаченно сказала она, потирая лоб. — Сами. Видимо, как только мы всё попробовали, и нас всё устроило.

— Лихо тут у них, — заметил я. — А если мы, например, хотели пожрать на халяву и сбежать? Клиентоориентированность — на нуле, прямо скажем…

— Да вообще подонки!

В целом, в кафе было даже уютно. Как и вообще в этом мире. Люди доброжелательные, но ненавязчивые, музыка приятная, опять же.

— Слушай, — сказал я, разделавшись с блинами и не спеша допивая кофе, — а ты в этом вообще шаришь?

— В чём? В оладьях? — подняла на меня тян недоуменный взгляд.

— Да не. По оладьям-то ты — спец, это я и сам вижу. Я про миры, про всякое такое.

— Ты о чём? — продолжала не понимать тян.

— Ну… У меня, честно говоря, уже голова кругом. Вот эти вот творцы, эта энергия, которую кто-то откуда-то выкачивает. Как всё это работает? Ну, например, этот мир. Его кто-то создал?

Тян пожала плечами:

— Не знаю, я же историю мира не читала. Может, создали, а может, сам появился. Разница-то не большая.

Но, видя по моему лицу, что я — полный валенок в этом вопросе, тян вздохнула и дала более развёрнутую справку:

— Смотри. Есть мир. Миру, чтобы жить, нужна энергия. Энергию производят эмоции. Чем они сильнее, тем лучше. Но чтобы их получить, нужно что-то сделать. Плохие эмоции требуют меньше усилий, но и энергии дают меньше. А вызывать хорошие сильные эмоции — слишком накладно. Творец создаёт мир. Это его работа. Значит, мир должен приносить энергию. Что проще — построить мир, где все постоянно от счастья на ушах стоят… — тут она пошевелила кошачьими ушами, — или мир, где люди страдают от голода, воюют, убивают?

— Ага, — глубокомысленно изрёк я.

— По закону о гуманности творцы не имеют права создавать совсем уж негативные миры. Буквально в законе прописано: не меньше трёх положительных черт. Комиссия рассматривает. Но по факту — это бред. То есть, «вот, мой новый мир, тут люди целую вечность воюют с орками, кругом руины и пепелища, но зато очень красивые виды, очень вкусное пиво и свежий воздух». Это, кстати, первая отмазка для всех так называемых «фэнтези-миров»: воздух свежий.

— То есть, миры категории «С» — это батарейки вот для этого? — уточнил я, окинув взглядом кафешку.

— Ага. — Тян отхлебнула кофе. — Не батарейки только, а генераторы. Такие, как Диана, умеют сами откачивать у людей энергию. Поэтому за ней агенты и охотятся. Охотились…

— А ты-то откуда всё это знаешь? — спросил я.

Я бы не удивился, если бы мне эту информацию выдал Шарль, или Диана. Но тян, или, тем паче, Филеас…

— Клиенты болтают, — усмехнулась она. — Не поверишь, как много может наговорить в постели выпивший клиент. Один у меня был — самый настоящий Творец. Его друзья притащили, расслабиться, а то он совсем был уже, на грани нервного срыва. Ну, мы с ним…

Тян осеклась. Глаза её широко раскрылись, чашка в руке задрожала.

— Ф-ф-фу! — с изменившейся интонацией сказала она. — Какой ужас. Какой кошмар! Как… Как мне пережить всё это?

Бедный-бедный Филеас… Я с жалостью смотрел на тян, которая обхватила руками свою несчастную голову и раскачивалась туда-сюда на стуле.

— У вас всё в порядке? — подбежала к нам официантка.

— Да, не стоит беспокойства, — отмахнулся я.