— Значит, это попытка ужесточить контроль.

Это заявление в устах Сары прозвучало мягко, но с чувством.

— Возможно, им вскоре придется осознать, что одним новым губернатором тут не обойдешься. Никакой губернатор в мире не может запретить нам торговать так, как мы того хотим. В конце концов, именно на нас ложится весь риск — ведь именно мы производим почти все продукты питания для колонии и именно на наши деньги прибывают сюда те немногие товары, которые делают жизнь здесь терпимой. Например, такие, как это… — Он подбросил шаль, и шелк изящно заиграл в воздухе. — Сколько же она стоит, миссис Маклей?

Сара деликатно назвала цену.

Его брови взлетели вверх. Он выпустил из рук шелковые кисти:

— Но это очень большие деньги, мэм.

Она игриво улыбнулась ему.

— Моему мужу это тоже дорого обошлось, майор Фово. К тому же, взгляните… — Она пропустила шаль через пальцы. — На ней нет ни малейшего следа морской воды. Лишь немногие из этих прекрасных вещей прибывают сюда нетронутыми. — Она посмотрела ему прямо в лицо. — Поэтому и цена тех, что не повреждены, так высока — в силу необходимости.

Вдруг, взметнув в воздух сноп экзотических красок, она набросила шаль на плечи.

— Посмотрите, майор, она превосходна.

— Конечно, я это вижу, мэм. Но именно та, чьи плечи она покрывает, придает ей несравненный блеск.

Сара с улыбкой приняла комплимент, но он ее не тронул. За четыре года подобных комплиментов она научилась оценивать их коммерческое достоинство до тонкости. Она неохотно позволила шали соскользнуть с плеч.

— Откровенно говоря, мне жаль с ней расставаться. Любая женщина в нее влюбилась бы… — Она еле слышно вздохнула. — Вам завернуть ее, майор?

— Эээ… — Он капитулировал перед ее вопросительным взглядом. — Эээ… да, пожалуйста.

— Я уверена, что она… будет… — Здесь Сара замолчала. Майор Фово не упомянул, какой даме предназначается шаль, а она давно усвоила, что в коммерческих делах личных проблем клиента лучше не касаться. — Я уверена, что вы не пожалеете.

— Надеюсь, что нет, миссис Маклей, — ответил он, немного расстроенный, беспокойно наблюдая, как она передает шаль Клепмору, чтобы завернуть. Она действительно обошлась ему гораздо дороже, чем он рассчитывал.

Сара снова повернулась к нему.

— Могу ли я вам еще что-нибудь показать, майор? У меня есть еще ленты… И еще прелестнейшее кружево…

— Нет, — поспешно ответил он. — Ничего больше из этих вещей. Но у меня тут список продуктов. — Он порылся в кармане и вытащил листок бумаги. — Моя экономка сказала, что кончаются продукты, хотя это чепуха, потому что я в прошлый раз закупил столько, что целую армию можно прокормить, но все куда-то исчезает. Эти ссыльные, которым везде есть доступ, они все мои запасы раскрадывают, конечно, да небось еще меняют на ром. Но что я могу с этим поделать? Не могу смотреть, как порют женщину… Думаю, нужно бы мне всех их разогнать и нанять новых, но, что более вероятно, новые будут воровать вдвое больше.

Пока он говорил, Сара взяла список у него из рук, с удивлением отметив указанное там количество.

— Это большой заказ, майор, чай ведь стоит по шесть шиллингов за фунт, а сахар — по четыре шиллинга.

Он нахмурился.

— Так дорого?

Она спокойно взглянула на него.

— Не может быть, майор, чтобы вы не знали цен. Вы ведь покупаете вашу часть груза и потом участвуете в назначении цен, по которым их перепродают. И вы знаете также, что мой муж не может их произвольно снижать.