|
Они что угодно мне пришьют.
— Да, я это знаю, Сара, мне ли не знать? Но на этот раз ты впервые дала им реальный повод.
— В этом нет ни слова правды! — сказала она горячо. — Все эти сплетники делают из меня дурочку!
Он криво усмехнулся.
— Нет, Сара, не сплетники, а Ричард Барвелл делает из тебя дурочку.
— Джереми! — Она резко отвернулась от него.
Она долго молчала. Он смотрел, как подымаются и опускаются ее плечи в такт затрудненному дыханию, а потом произнес очень тихо:
— Я говорю вам прямо и откровенно, дорогая моя миссис Маклей, что я без сожаления сверну вам вашу расчетливую шейку, если вы позволите этому продолжаться. Ведь это все ерунда, правда? — Его прямые темные брови вопросительно взлетели вверх. — Это всего лишь сплетня? Тут нет ни капли правды?
Этот мягкий намек в его голосе заставил ее снова повернуться к нему. Несколько мгновений она стояла, глядя ему в глаза. Наконец она сказала:
— Ричард Барвелл приходит к нам в дом, потому что ему нужен совет, что делать в колонии. — Голос ее стал несколько громче. — У меня как раз полно советов, Джереми! В его посещениях нет ничего больше. Ничего, говорю тебе! Если сплетники хотят вложить какой-то иной смысл, что я могу поделать?
— Что поделать? — рявкнул он. — Скажи ему, чтобы убирался к черту! Если ты этого не сделаешь, это сделаю я!
У нее было такое потрясенное выражение лица, как будто ее тоже ударили по лицу. Она невольно провела рукой по лбу.
— Я прошу невозможного? — спросил он.
Она медленно покачала головой.
— Тогда чего же ты ждешь? Он сейчас в доме.
Она не двинулась с места. В ее выражении были одновременно вызов и страх.
— Сара, послушай меня, — голос Джереми стал тише и мягче, но глаза его были как кремень. Они приказывали, в то время как слова лишь предлагали. — Все говорят об этих посещениях Барвелла. Эндрю не может долго оставаться слепым и глухим.
Губы ее дрожали, она сжимала руки, чтобы успокоиться, унять волнение.
— Джереми, — проговорила она, — ты вернешься со мной в дом. Я сейчас схожу за плащом.
— Что ты собираешься сделать, Сара?
— Сделать? Ну… — она помолчала, облизнув губы. — Ее ли он все еще ждет, я ему скажу… скажу именно то, что ты велел мне.
Сара вошла в гостиную и застала Ричарда стоящим у камина. Одной ногой в элегантном сапоге для верховой езды он опирался на низкую скамеечку. Он повернулся к ней и выпрямился.
Она закрыла дверь и стояла, прижавшись к ней спиной На улице был ливень. Он глухо барабанил по крыше веранды; за окнами недоделанная лужайка казалась темным морем грязи, поверхность которого рябило от дождевых капель. В конце запланированного сада, там где начинался спуск, десятки маленьких ручейков проделали себе русла. Эвкалипты под темными небесами утратили свои краски и казались грязно-зеленой массой.
Все это Сара увидела, стоя спиной к двери, и поняла, что это все каким-то необъяснимым образом гармонирует со свободной небрежной позой Ричарда, на лице которого было непривычно серьезное выражение. Он направился к ней, протягивая руку. Она приняла ее и позволила ему проводить себя к камину. Он нежно расстегнул пряжку ее плаща, снял его с плеч и перебросил через спинку стула. Он все еще некрепко сжимал ее пальцы, потом потянулся за другой рукой и сжал их в своих.
— Ты замерзла, Сара. И волосы твои промокли. Ты похожа на девочку. Помнишь, как?..
Она тряхнула головой.
— Молчи, Ричард, — больше ни слова! Сейчас не время вспоминать, как и что мы когда-то делали. |