Он рукой попытался заблокировать второй удар, но Лила врезала ему по другой стороне лица. Он тряхнул головой и слепо качнулся, стараясь ударить ее в живот, но угодил лишь в бок, ощутив под кожей ее ребра. Он почувствовал, что женщина сама позволила ему прикоснуться к ней.

— Тебе нравится чувствовать мою плоть, мальчик? — усмехнулась Лила. — Можешь трогать все, что хочешь… если сумеешь ударить.

Лила ударила его в центр груди — несильно, просто обозначила удар, — а затем хлопнула ему по ушам и отскочила. Сердце Бэннона колотилось. Он выставил перед собой руки, чувствуя страх и гнев. Ему не хотелось находиться здесь, вдали от друзей, в ловушке странного города под незримым куполом. Но настоящая проблема была здесь, в тренировочной яме — в лице стройной молодой женщины, которая считала боль некой формой флирта. Он должен пережить обучение, если надеется освободиться и вернуться к друзьям.

Желая застать Лилу врасплох, он бросился на нее, размахивая руками, пробивая кулаками воздух, пытаясь хотя бы задеть ее. Лила отскакивала из стороны в сторону, и Бэннон скорректировал атаку, используя свои размеры и вес как преимущество. Он ударил Морасит по левому плечу, заставив повернуться, и провел апперкот в челюсть. Удар получился крепким, и Лила отшатнулась. Она перевела дыхание, похлопала ладонями в перчатках и ухмыльнулась.

— Хорошее начало.

Затем неуловимым для глаз движением Морасит ударила ребром ладони по его почке, выведя из равновесия. Из глаз Бэннона посыпались искры. Он не мог дышать.

Лила сделала босой левой ногой подсечку. Колени Бэннона подогнулись, и она толкнула его в плечо, придавая ускорение. Юноша грохнулся на спину и судорожно втянул в себя воздух.

Морасит нависла над ним, прижимая его плечи к земле. Ее лицо было очень близко, и Бэннон видел блеск пота на ее покрытых символами щеках, шее и плечах. Она засмеялась:

— Ты не очень хорош в рукопашном бою, мальчик?

— Я и не утверждал, что хорош.

В детстве он ввязывался в драки на острове Кирия, но от этого не зависела его жизнь. После стычек у него оставались синяки и порванная одежда, но гордость страдала больше, чем тело.

Он вспомнил, как Натан обучал обращению с мечом. Бэннон проявил талант и убил немало монстров, но старый волшебник никогда не учил биться голыми руками. Бэннон не мог представить, чтобы такой эрудированный и эффектный мужчина, как Натан Рал, использовал столь примитивную технику боя. Он предпочитал более благородный способ разбираться с противниками — изысканный меч.

— Я бы выбрал меч, — сказал Бэннон, переводя дыхание. — Но ты слишком боишься дать его мне.

Лила по-прежнему сидела на нем, прижимая к полу. Цвет ее глаз напоминал бурное море. Женщина засмеялась и рывком поднялась.

— Вовсе нет, это будет наш следующий шаг. — Она стряхнула песок с кожи и крикнула, подняв голову вверх: — Принесите меч и бросьте сюда.

Через несколько мгновений к краю ямы подошел парень в серой одежде, державший длинный предмет, завернутый в грубую мешковину. Не встречаясь с Лилой взглядом, он просто бросил сверток вниз. Морасит ловко поймала его, развернула ткань и достала меч с простой обернутой кожей рукоятью, с прямой невзрачной гардой и тусклым лезвием — сталь была с примесями.

— Это Крепыш! — воскликнул Бэннон, чувствуя прилив надежды. — Откуда он у тебя?

— Твой друг Амос доставил из большого особняка. Он подумал, мы могли бы использовать его в качестве игрушки. — Лила покрутила меч в руках. — Клинок совершенно не впечатляет. Как и ты, мальчик.

Бэннона обожгла обида.

— Мы оба можем удивить.