– От твоей чистой воды у меня сын умирает…

– Так что ж они, бесенята, пили ее выходит?.. – ахнул сосед. – А то я гляжу, Танька моя пухнуть стала… – и он весь понурился, даже уши на шапке обвисли.

Но лишь Рем взялся за лопату, с обезьяньей ловкостью прыгнул, пытаясь ухватить врага за горло. Сцепившись, они покатились по земле. Женька подбежала к ним, не зная как вмешаться. Наконец схватила выбитую Ремом палку и решила огреть соседа по голове, если тот окажется сверху. Но сверху очутился Рем. Несколько раз он стукнул слабосильного противника об землю и поднялся, отряхиваясь.

– Копай, копай, – прохрипел мужичонка, поднимаясь и отыскивая свалившуюся в драке шапку. – А назавтра я его опять откопаю… Понял?

Рем, взявшись было за лопату, в сердцах всадил ее в песок.

– Слушай, Кузьмич, ты совсем дурак или частично? Кто теперь воду песком фильтрует? Тебе импортный биофильтр нужен. Понял? – передразнил он соседа.

– Какой такой фильтр? – недоверчиво спросил Кузьмич.

– Импортный, я сказал. Шведский. Поставляют в качестве помощи после того, как мы дамбу полностью заткнули и наше дерьмо к ним больше не льется… Шведы рады, помогают, благодарят… фильтры, конечно, все разворовывают, только на толкучке можно достать…

– Сколько стоит‑то?

– Такой фильтр – литров сто… Да, пожалуй, сто… Вальку‑Водника знаешь? Нет?.. Познакомишься. У него можно достать, когда он поправится.

– Сто литров, – повторил Кузьмич, вытирая разбитую губу. – Где ж их взять? А наших таких фильтров нету? Не выпускают?

– Кто?

Кузьмич неопределенно дернул головой в сторону города.

– Там?.. – Рем скривил губы. – Там теперь только талончики на воду печатают…

– Может, нам страшасика в колодец запустить? – предложила Женька и не договорила, – Рем больно толкнул ее в бок.

– Какого страшасика? – тут же навострился сосед.

– Она так, теоретически… – неестественно засмеялся Рем.

– А, «титически», оно, конечно… – пробормотал Кузьмич и нахлобучил на лоб шапку. – Оно конечно хорошо бы… А колодец ты не тронь, я фильтры поставлю, слышь… – проговорил он и пошел к дому, передвигая при каждом шаге шапку на голове, будто отыскивал для нее единственно нужное положение…

– Может, так и надо – копать колодец и ни о чем не думать… Такие иногда роют, роют и натыкаются на источник. Везет, как говорится, дуракам… – Рем подкрутил в гаснущей керосиновой лампе фитиль и покосился на Женьку.

Она сидела в кресле, обхватив колени руками и не мигая смотрела на огонек. Губы ее полуоткрылись и слегка подрагивали, будто Женька про себя шептала молитву…

– Тут другое надо, – сказала она. – Не поможет колодец. Одним колодцем всех не напоишь. Нужно, чтобы из земли встал огненный столп, рассыпая искры, все бы повалились на колени и закричали: «Верую!» А потом встали и каждый частичку света с собой унес. Вот как надо. А колодец в первый же день вычерпают, фильтр украдут, а на дно дохлых кошек накидают… Что, не так скажешь?

– Да, огненный стоял – это прекрасно, – согласился Рем. – Только кто на себя эту ношу взвалит… Может, ты?

– Я?! Не‑е‑е‑т… – замотала головой Женька и даже замахала руками, отказываясь от предлагаемой чести.