— Это он, он! — в восторге говорил всем наборщик текстов Майк.

— Конечно, он, а кто же еще, — поддакивал верстальщик Джон.

— Да мы и сами его узнали, — обиженно говорили две секретарши миссис Ланг.

А вот наша сама миссис Ланг была явно расстроена.

— Он что, выбрал именно эту девушку?! — возмущенно спрашивала она.

— Это судьба, — радостно улыбался всем бильд-редактор Джоуи.

Словом, половина сотрудников редакции были сегодня в печали от того, что парень выбрал какую-то неизвестную никому девушку, а половина — просто радовались, что в этом мире есть любовь.

Весь вечер и всю ночь я рисовала свои эскизы. И черт побери, но у меня получилось сделать именно то, что я хотела сделать!

Под утро я забылась сном. Проснулась я к обеду! Впервые в жизни проспав на работу! Но у меня была уважительная причина — с некоторых пор я была сама не своя!

В театр я решила прийти неожиданно, чтобы меня никто там не поджидал. На самовыезжающих креслах, огромных старинных кроватях, в темных очках, огромных шляпах и наклеенных бородах.

Я подошла к театру, налегла на огромную массивную дверь, ввалилась в фойе и направила свои стопы в зрительный зал. Везде меня встречала оглушительная тишина. Я была уверена, что в здании никого нет.

Пройду через зрительный зал и оставлю свои эскизы на сцене. Все. Пока-пока, господа Лимбарди со всеми вашими заморочками. Я на них больше не поддамся.

Где-то посередине зрительного зала я поняла, что меня что-то стало немного смущать в этом благолепии — подозрительной тишине и моей уверенности, что на этот раз все будет по-моему. И я пока не могла понять, что именно меня так смущает.

Но уже рядом со сценой я наконец определила, что изменилось в этой театральной картине мира. А изменилось-то в ней почти все.

У задней стены сцены вырос золотистый и таинственный волшебный замок. Он был во всю стену до самых колосников, уходил прямо в просторное синее небо, нарисованное на занавесях.

И было просто удивительно, как я могла его не заметить. Наверное, я — самая ненаблюдательная смертная девушка в нашем земном мире. Любой тролль, оборотень или вампир мог при желании просто обхохотаться надо мной.

Я застыла на месте в восторге, очаровании и почтении. Постояла. Полюбовалась. Помечтала встретить у ворот этого замка сказочного принца, который приехал в этот город специально за мной.

И так как никакого гомерического хохота так и не раздалось и никакие аплодисменты не порушили эту идеалистическую картину мира, я потихоньку двинулась к сцене. На этот раз в театре и правда никого не было. Они бы уже не выдержали и давно себя проявили.

Я поднялась по ступенькам на сцену и решила оставить свои эскизы прямо на полу. И громко вскрикнула от ужаса и неожиданности.

Около стен замка, в самом низу сидел человек с огромной, чуть ли не малярной кистью в руках. Он-то и дорисовывал этот волшебный замок.

Я не заметила этого человека из-за большой кровати, которая все так же занимала большую часть сцены. Интересно, а какую роль эта кровать играет во всей этой театральной истории и есть ли у нее хоть какая-то смысловая нагрузка? Или она тут только чтобы лишний раз меня доконать?

Молодой человек тем не менее остался спокоен, орать от неожиданности не стал. Видимо, он уже слышал мои шаги, но это не отвлекло его от работы.