«А где картина?» — Сердце домоправительницы глухо застучало, и женщина едва сдержала крик негодования.

Услышав чьи-то голоса, доносившиеся со стороны библиотеки, Бернарда побежала туда и застала в комнате Лоренцо и Челу, которые с шумом волокли по паркету портрет Исабель. Домоправительница гневно крикнула слугам:

— Что вы делаете?!

Те переглянулись, и Лоренцо, вытерев со лба пот, почтительно ответил:

— Сеньор приказал убрать портрет.

— Не может быть, — Бернарда покачала головой и предположила: — Вы что-то не так поняли…

Чела, робко переминаясь с ноги на ногу, возразила:

— Все верно. Видимо, это из-за сеньоры Мануэлы…

— Но по какому праву?! — взорвалась домоправительница. — Портрет был написан специально для этого зала. Какое право она имеет?!

Лоренцо, не особенно любивший Бернарду, развел руками.

— Но сеньор приказал его убрать…

Услышав громкий голос Терезы, доносившийся с холла, домоправительница бросилась туда.

— Сеньора Тереза, вы видите, что они делают?! — Бернарда схватила сестру Фернандо за руку и силой притащила ее к картине.

Тереза, вполне спокойно восприняв эту новость, недоуменно посмотрела на домоправительницу.

— Вижу, все вижу, — пожала она плечами, не совсем понимая, почему Бернарда устраивает истерику.

— Запретите им выносить портрет Исабель! — почти приказала та, надеясь на поддержку Терезы.

Однако, сестра Фернандо придерживалась несколько иного мнения на этот счет.

— Мне это тоже не нравится, но мы ничего не можем поделать.

— Кому он мешал? — запричитала Бернарда, смахнув слезу. — Такой хороший портрет…

— Бернарда, портрет из дома никуда не денется. Его просто перенесут в другое место, — раздраженно оборвала домоправительницу Тереза и ушла по своим делам.

— Бедная, бедная Исабель… — Бернарда обняла картину и принялась гладить изображение прекрасного лица сеньоры. — Доченька моя…

Лоренцо и Чела стояли рядом, не зная, куда деваться от смущения. Наконец Бернарда отстранилась от портрета, насухо вытерла слезы и, гордо подняв голову, двинулась к себе. Слуги оттащили портрет в библиотеку и, негромко переговариваясь, отправились на кухню, чтобы обсудить там странное поведение домоправительницы.

Тем временем Фернандо Салинос, из-за распоряжения которого произошел этот маленький инцидент, спокойно вошел в дом и, не найдя нигде своей супруги, растерялся. Еще утром он попросил Лоренцо убрать картину, но сейчас совершенно забыл об этом. Мужчину волновало другое — где может находиться его жена. Вдруг хозяину на глаза попалась служанка.

— Чела, ты не видела сеньору? — громко спросил он.

— Она только что прошла в библиотеку, — девушка почтительно присела и, немного замявшись, произнесла: — Сеньор, я хотела спросить насчет портрета Исабель…

«Ах, да! Портрет!» — вспомнил Фернандо и поинтересовался:

— Убрали его?

— Да-да, — заверила Чела и, указав на прежнее место картины, продолжила: — Лоренцо сказал, что там пусто и нужно что-нибудь туда повесить…

— Хорошо, не беспокойся, я подумаю, — на ходу бросил Салинос и со всех ног кинулся в библиотеку.

Однако хорошее настроение мужчины мгновенно улетучилось, когда он застал жену в слезах.

— Что случилось, дорогая моя? — Фернандо обнял девушку и попытался заглянуть ей в глаза.

Мануэла тяжело вздохнула и робко произнесла:

— Почему ты со мной не посоветовался? Почему ты решил поставить его здесь?

— О чем ты? — Салинос удивленно вскинул брови, не совсем понимая, о чем идет речь.