— А может, зеленый льняной костюм? — предложила Мануэла.

— По правде говоря, он ничем не лучше того, который на тебе сейчас. — Тереза, заметив расстроенное лицо невестки, ласково погладила ее по голове. — Да ты не переживай… Никто ничего не скажет. Ты же такая хорошенькая… Не расстраивайся, можно и так.

Слова золовки больно ранили Мануэлу.

— Ты была права, — обреченно прошептала она. — Нам нужно вместе сходить за покупками.

— Конечно, нужно было сразу же это сделать, — согласилась Тереза и, кивнув на кровать, предложила: — Давай-ка присядем…

Мануэла опустилась на краешек постели, приготовившись к самому худшему.

— Видишь ли, в некоторых кругах очень важно, как ты одета. Может, тебе это покажется фальшивым, но это так, — негромко начала сестра Фернандо.

— Я понимаю… — перебила невестка и робко заметила: — Просто мне нравится то, что я ношу…

— Мануэла, в деревне никто не смотрит, как ты одета, но здесь это очень важно, — в голосе Терезы явно читалось превосходство. — Не забывай — ты жена Фернандо Салиноса, а это накладывает определенные обязательства.

— Ты права…

— Ну, не надо морщить свой прекрасный лобик, — золовка ласково улыбнулась и предложила: — Сейчас я сделаю тебе макияж. Подкрасим глаза, губы, и будет вполне очаровательно…

Тереза выбежала из комнаты и через мгновение возвратилась с огромной косметичкой в руках. А еще через полчаса она устало отстранилась от Мануэлы и оценивающе оглядела ее.

— Как картинка! — наконец вынесла приговор Тереза и протянула Мануэле зеркало. — Можешь сама посмотреть.

Девушка, которая никогда в жизни не пользовалась косметикой, с любопытством взглянула на свое отражение.

— Странно… — пробормотала она. — Мне кажется, что в зеркале не я, а другой человек.

Обидевшись такой оценке своей работы, Тереза надула губы.

— Господи, так ты никогда не станешь светской дамой, — хмыкнула она и махнула рукой. — Впрочем, поступай как знаешь…

Пока золовка складывала тени, пудру и остальные принадлежности в косметичку, Мануэла с интересом наблюдала за ее манипуляциями.

— Тереза, ты все это носишь в своей сумочке? — поинтересовалась девушка.

— Нет, это вовсе не моя косметика.

— А чья?

— Исабель. Я зашла в ее комнату и взяла косметичку, — просто ответила золовка. — Как сказал бы мой братец: «Проникла в запретную зону…»

Мануэла почувствовала, как у нее подкосились ноги. Чтобы не упасть, девушка схватилась за спинку стула и подумала:

«Все невольно подчеркивают, что все здесь принадлежит Исабель… А я для них лишь тень бывшей хозяйки…»

Кивнув на прощание уходившей Терезе, Мануэла собрала все свое мужество, чтобы не расплакаться и не смыть с лица косметику.

«Пора идти к гостям, а они должны видеть меня веселой и красивой», — с такими мыслями девушка подошла к двери. Резко дернув ручку, Мануэла едва не столкнулась с Бернардой, стоявшей за дверью.

— Ой, вы меня напугали! — вскрикнула девушка и сделала шаг назад.

— Извините, я как раз собиралась постучать, — вежливо склонила голову домоуправительница. — Можно с вами поговорить?

— Конечно. Проходите…

— Мне сказали, что сегодня вы заходили на кухню и интересовались обеденным меню…

В словах Бернарды Мануэле почудился упрек.