— Нет. Не скажите. Он очень симпатичный.

— Он тебе нравится?

— Он всем нравится, — сказала Катя и вдруг закружилась, схватив рукою тонкий ствол берёзы.

— Что там может нравиться? — раздражённо крикнул Лёшка.

— Он умный! Очень много знает.

— Начитался книжек, вот и всё! Разве это умный?

— Не скажите! Он, наверное, учёным будет… Великим учёным… Или обыкновенным, но всё равно учёным… У него ум такой!

— У него нет ума, — сказал Лёшка. — Был бы ум — он бы тебя со мной не отпустил.

— Нет! — сказала Катя тихо, и на глазах у неё выступили слезинки. — Он умный! И он всех вокруг себя умными считает! И верит всем!

— Ну и лопух! — И с этими словами Кусков шагнул вперёд и обнял девочку, совсем близко перед ним мелькнуло её испуганное лицо. Кусков попытался поцеловать её…

Так всегда было в фильмах: стоило сильному гангстеру или шерифу поцеловать какую-нибудь красавицу, она больше ни на кого смотреть не могла и становилась верной ему до гроба, как рабыня!

— Пусти! Пусти! — вырывалась Катя. — Дурак.

Сильнейший удар в солнечное сплетение заставил Лёшку согнуться пополам!

— Дурак! Дурак! — всхлипывала девочка.

Кусков повалился на траву. Катя отбежала в сторону и настороженно смотрела на него.

— Ты что! — просипел, стараясь выдохнуть словно раскалённый воздух из груди, Кусков. — Кто же в поддых бьёт!

— Нечего было рукам волю давать, — прошептала девочка.

Кускову стало стыдно.

— Фу! — сказал он, чувствуя, что готов сквозь землю провалиться. — Ну ладно, чего там. — Он старался говорить как можно небрежнее, как будто ничего не произошло, но чувствовал, что лицо у него полыхает огнём. — Пошли, куда ты меня вела!

— Никуда я с вами не пойду, — вздрагивая от сдерживаемых всхлипываний, сказала девочка. — Сами идите. А я с вами никуда не пойду!

— Ха! — развязно сказал Кусков. — А я дороги не знаю.

— Не заблудитесь! Вот прямо, а обратно когда пойдёте, так по шоссе налево!

Катя закрыла лицо руками и побежала по лесной дороге, её сарафан замелькал между берёзами.

«Надо бы извиниться, — подумал Кусков и тут же решил: — А чего я такого сделал? Подумаешь, недотрога! Небось со своим Петькой целуется!»

Но, хотя довод и выглядел вполне убедительным, Лёшке не стало легче, ему хотелось хлестать себя по щекам или раздеться догола и кататься по крапиве.

— Ну и подумаешь! — крикнул он вслед девочке. — Думаешь, прощения побегу просить… И не подумаю…

«Думаю, умаю, ю…» — замирая, ответило эхо.

Кусков повернулся и зашагал между берёзами. Он попытался насвистывать, но губы дрожали, из них ничего, кроме шипения, не исходило…

«Тоже мне нашла себе парня. Пентюха какого-то! Я чемпион города, а он трепач, да и всё! — утешал себя Кусков. — И если она этого не понимает, то ей же хуже!»

Он снова вызвал в воображении замечательную картину, как приедет на машине, теперь уже в посёлок, вместе с Вадимом и научной экспедицией, чтобы обследовать крепость на болоте, как будет сидеть в президиуме, а в сторону Кати с Петькой, что притулятся где-нибудь в самом дальнем уголке зала, и не посмотрит.

«Вот тогда она поймёт!» Но что именно должна понять Катя, Кусков не успел придумать.