|
Я устраивать побоище, а следом и скандал не собирался. Поэтому, уклонившись от кулака, летевшего в мой подбородок, перехватил его запястье и с силой дернул вперед, одновременно смещаясь влево. Андерсон грохнулся мордой об пол аккуратненько между столами, ничего не задев и не повредив, но не унялся. Вскочил, его шатнуло, глаза бешеные, и опять на меня. Ты посмотри, какой неугомонный.
— Теодор Андерсон! — неожиданно сильным для ее невеликого сложения гаркнула хозяйка кафешки и хлопнула по столу ладонью. — А ну немедленно прекрати это безобразие в моем заведении, или я сейчас же звоню твоей матери! Как не стыдно тебе, ты же обязан быть примером нашим детишкам, а ты бросаешься, как бешеный лонгхорн, на гостя нашего города!
Угроза сработала как по волшебству. Придурочный алчный мазохист, нарывающийся на кулак, замер и как-то мигом сдулся. Надо же, у нас тут еще и маменькин сынуля. Нет, врать не буду, нас с братьями перспектива расстроить ма Линду тоже бы смутила, но уж точняк не тогда, когда дело касалось якобы твоей девчонки.
— Мы еще не закончили! — прошипел мой оппонент придавленной гремучкой. — Ходи оглядывайся… Смит!
Глава 21
Звонок миссис Эриксон вызвал во мне неукротимое желание сломать что-нибудь дурному Теду. Что-нибудь несовместимое с самостоятельным перемещением в пространстве. Нет, ну правда, сколько можно? Что за упертый баран, который за все эти годы так и не понял, что я не только не поддерживаю матримониальные планы этого напыщенного индюка в отношении самой себя, но и в последнее время растеряла остатки былой симпатии к нему.
— А красавчик, с которым он сцепился, этот, как его, Брикс, Смут, да? Ох и хорош, — в голосе вполне себе благопристойной замужней дамы бальзаковского возраста прозвучали отчетливые мечтательные нотки. — Поверь моему опыту. Если парень во время потасовки за честь своей девушки вступается еще и за совершенно постороннюю леди, то он настоящий джентльмен, Перлита. Надо брать.
Да я согласна, миссис Эриксон. Брать-то надо. Только вот надолго ли удержу такого, как вы говорите, красавчика и настоящего джентльмена — с этим все пока зыбко и очень неопределенно. А если совсем уж честно, то еще и страшновато.
— Спасибо за звонок, миссис Эриксон, я обязательно поговорю с Тедом и…
— Да что с ним разговаривать? — искренне удивилась женщина. — Он же никого, кроме себя и своей мамочки, не слушает. Ты лучше спроси потом этого гостя, как ему понравился мой фирменный ковбойский завтрак. А потом мне шепнешь, договорились?
— Обязательно, миссис Эриксон, — торопливо заверила ее. — Спасибо еще раз. Надеюсь, вы не понесли никаких убытков в связи с этим досадным происшествием? Планируете писать жалобу? Если да, то я буду в офисе еще пару часов.
— Да господь с тобой, какая жалоба? Я славно развлеклась, знаешь ли. Давненько в моей забегаловке ничего интересного не происходило. А тут словно в юность вернулась. Эх, хорошие были времена. Ну ладно, детка, мне пора. Передавай привет Габи и сестрам. И Коннору тоже.
— Спасибо, обязательно.
Я положила трубку и легонько побилась головой об стол. Вот я кому-то вставлю! Это у него называется не привлекать к себе внимания? Хотя понимаю, конечно, что провокатором был Тед и Раулю было никак не избежать конфликта. Бог с ним. Обойдется, надеюсь.
Так, парни сказали заниматься рутиной и не вызывающими подозрения мелкими происшествиями. Вот этим и займусь.
Я подтянула к себе стопку документов, аккуратно сложенных помощником Джейсоном на краю стола. Итак, что тут у нас?
Жалоба мистера Скорце на собаку миссис Родригес, которая гадит на его идеальном газоне. Уже, наверное, сотая в моей коллекции. |