— Да ты, никак, совсем свихнулся! — рявкнула не своим голосом Ирица. — Или ты потащишь меня на своем горбу?

Она дернулась, пытаясь встать, тут же осела, закусив губу. Рядом с ней тотчас вырос Дежень:

— Тебе не нужно пока вставать, сестренка.

Дежень повернулся к Воисвету:

— Даже если Берсень использует магию, необходимо время.

— Сколько? — холодно осведомился князь, бросив взгляд на мага.

— По-разному, — отозвался Берсень. — Хотя бы пару дней.

— Отлично, значит, через два дня готовьтесь выступить.

Едва девушка осталась за спиной, Воисвет криво усмехнулся. Ни злости, ни досады на Берсеня он не испытывал. Он даже был готов согласиться с Ирицей — лишних в отряде не было. А учитывая блестящее выступление Берсеня в схватке с вампирами, можно было даже допустить и то, что жизнь молодого мага на особом счету. Магия есть магия, в умелых руках она способна сотворить то, что сотне Булыг не под силу.

Но не было у него и сожаления по поводу собственных действий. Повторись все снова, он и пальцем бы не шевельнул, чтобы спасти Берсеня. Слишком уж он и его магия непредсказуемы. Такой сдуру может и своих перебить, так что весьма вероятно, что без него было бы спокойнее. Конечно, гнать его пока взашей рановато, но и жизнью рисковать ради него Воисвет считал глупым.

Булыга старательно вглядывался вниз с обрыва. Разглядеть что-либо ночью, да еще с такой высоты, было невозможно, но богатыря это не смущало. Тем более что за спиной шуршала одеждой Велена, отдежурившая свое и теперь укладывавшаяся спать.

Богатырь понятия не имел, как себя вести с ней. После землетрясения, убедившись, что он цел и невредим, Велена вновь охладела к нему. И он уже сомневался, что ее ласковый шепот тогда, когда он только вытащил друзей из пропасти, слышал наяву.

Теперь она вновь перестала обращать на него внимания. Вот и сейчас растолкала его молча, ткнула пальцем в сторону костра и стала укладываться спать. Булыга отказывался ее понимать.

Он вздохнул, в очередной раз посмотрел на разрушенную скалу. Воисвет, пожалуй, напрасно выговаривал Берсеню. От его колдовства получилась и кое-какая польза. Раздробившись, скала перестала быть отвесной, так что спуститься теперь можно было практически не прибегая к веревкам.

Внизу, конечно, придется быть осторожней, завал там образовался изрядный, но это Булыгу смущало гораздо меньше, чем веревочный спуск. Уж кому-кому, а ему хорошо было известно, как легко рвутся даже самые толстенные канаты. Особенно в его руках! И под его-то весом!

Однако разглядывать каменные завалы ему вскоре наскучило, и голову вновь заполнили мысли о Велене. Неожиданно вспомнилось, что она выглядела усталой, когда его будила. Как будто кругами вокруг костра бегала!

Может, потому и молчала? Чтобы не показаться запыхавшейся, чтобы избежать ненужных вопросов?

Кровь бросилась ему в лицо. Проклятье, но где же она была?

Сердце лихорадочно забилось, и Булыга вскочил, заходил взад-вперед. Он уж и лоб морщил, и затылок скреб, но каких-либо догадок как не было, так и не появилось.

Может, доложить Воисвету? Пусть-ка у него голова поболит!.. Впрочем, Булыга тотчас отказался от этой затеи. А ну как заподозрит князь измену? Да начнет допытываться? Ну уж нет! Ладно бы кто другой…

Булыга так ничего и не надумал, только разволновался еще больше. Так что, когда пришло время Горяя и богатырь прилег, сон долго не шел ни под каким предлогом. Булыга и овец пересчитал на пару сотен, потом принялся за слонов заморских, о которых знал только понаслышке, хотя трудное ли дело представить здорового зверя с хвостом на лбу?

Слоны ли неведомые помогли или нет, но в конце концов легкое подобие дремоты все-таки снизошло на него. Но именно в этот момент ушей богатыря коснулись характерное сопение и вздохи.