Невдалеке от костра сплетались в объятиях два обнаженных тела. Костер почти совсем уже затух, но богатырь без особого труда узнал любовников. И если участие Горяя в этом деле витязя ничуть не удивило, то вот рассмотрев как следует девушку, Булыге стало не по себе.

Он даже протер глаза, но это ничуть не помогло. По всему выходило, что видит он Иву. Ту самую вампиршу, что уже видел там, в сарае, во дворе старого Бородая!

Некоторое время Булыга лежал недвижимо. Мысли метались как безумные. То ли хвататься за меч и рубить эту каким-то чудом выжившую тварь, то ли подымать остальных, то ли потихоньку пробраться к Воисвету…

Но ничего из этого богатырь не сделал. В конце концов, если не перекусала их раньше… И потом, она ведь уже не просто вампирюга. Она уже как бы подружка Горяя. Как бы дико это ни выглядело.

Булыга расслабился, но на всякий случай придвинул поближе меч. И бодрствовал до тех пор, пока девичий силуэт не скрылся в ночи. После чего заснул, решив переговорить с Горяем утром.

Берсень постарался на славу. Уж что-что, а лечить он умел быстро и ловко, безо всяких неожиданностей и ошибок. Уже на следующий день Ирица была на ногах и не испытывала особых болезненных ощущений. Весь день Воисвет недобро косился на них, похоже жалея, что отпустил так много времени, но так ничего и не сказал.

Воспрянув от немощи и пользуясь свободным временем, Ирица немедленно загорелась идеей обучить Берсеня владению мечом. Маг долго отнекивался, ссылаясь на то, что сколько его ни учили, а воин из него хуже чем маг, но девушка оказалась настойчива. В конце концов она всучила ему в руки свой меч.

— Смотри и слушай. Это легкий меч с односторонней заточкой и небольшой кривизной. Лучше всего рубить им с коня на полном скаку, но сойдет и пешему. Тем более что мечи всех остальных слишком тяжелы для тебя. Разве что меч Велены, но это вообще не меч, а скорее боевой нож. Думаю, что начинать тебе лучше с этого. Итак, становись сюда и попробуй меня ударить.

— Но я не могу тебя ударить, Ирица, — запротестовал юноша.

— Ну представь, что я твой злейший враг, ты ведь маг, и у тебя должно быть бурное воображение.

— Бурное-то оно бурное, но я ведь могу и ранить.

Девушка только фыркнула. Плечо мага тронул подошедший Дежень.

— Ударь, парень, — тихо попросил он. — Ты, похоже, всерьез ей понравился, так что не стоит давать слабину.

Берсень смутился:

— Но ведь я могу убить.

— Да брось ты, — отмахнулся Дежень. — Она с детства к мечу приучена. Расскажу тебе одну историю, она, правда, не любит ее вспоминать.

Он оглянулся на сестру и перешел на шепот:

— Нам было двенадцать, когда на нашу деревню напали. Не знаю, кто это был — ратники соседнего князя, не поделившего чего-то с нашим, или разбойники, да нам было все равно. Мы почти выбежали из деревни, когда дорогу преградил один из них.

— Эй, скоро вы там? — нахмурилась Ирица.

— Сейчас, сейчас. — Дежень подарил ей улыбку. — Так вот, Берсень, уже тогда я постреливал из лука. Но я был еще отрок, сам понимаешь, слабые руки, слабый лук, неверный глаз, — в общем, один раз я промахнулся, вторая стрела сломалась о кольчугу. Воин накинулся на нас, пригрел меня кулаком, швырнул Ирицу на землю и задрал ей подол. Она даже не пикнула. Пока я копошился на земле, утирая кровь и сопли, она выхватила у него нож и воткнула ему в горло. А потом спокойно вытерла кровь с лица и рук.

— Эй, хватит там лясы точить! — Ирица грозно сдвинула брови. — Надеюсь, братец, ты не наговорил ему каких-нибудь гадостей про меня?

Ирица любила брата, знала, что он тоже любит ее, и была уверена, что ничего действительно гадкого он не сболтнет.