Пока шло заседание, пришла новость, что Израиль таки отбомбился по Ирану. Вот только в процессе были потеряны более двадцати бомбардировщиков с грузом. На территориях Иордании, Ирака, Ирана и Сирии. А значит, с высокой долей вероятности у вышеперечисленных стран вскоре может появиться собственное ядерное оружие. К сожалению, в истории хватает «потерянных» боеголовок. Правда, в основном они либо покоятся на дне океана, либо тут же были найдены. А сейчас…

К полудню стало ещё интереснее: выяснилось, что Британия в срочном режиме выводит свои войска из Ирака и Саудовской Аравии. Их флот отплывает от берегов арабского полуострова и вскоре вернётся в родную гавань. Будто этого мало, появилась информация о том, что правительство Германии требует США передать хранящиеся на территории Германии ядерные боеголовки им. И это было бы простой наглостью, если бы бундесвер не подвёл все свои войска к американским базам.

Жара пошла по всем фронтам, хоть до лета было ещё далековато. Пришлось вливать в себя литры кофе, чтобы не свалиться от усталости, тем более что и в нашей стране пошло массовое весеннее обострение.

Премьер-министр и военный блок предлагали немедленно ввести полную боеготовность всех ядерных сил России. Что было вполне нормально. А потом ударить по всем стратегическим противникам, среди которых называли Китай, Штаты, Англию… что само по себе уже было бредом.

Вот только кого и когда такое смущало? Люди хотели гарантированного надёжного мира. Генералы хотели увековечить свои имена. Все хотели, чтобы их уважали и боялись. Или, по крайней мере, боялись, чтобы не бояться самим. А ведь ещё были ближайшие союзники, которые не просили, требовали их защитить!

Непризнанные Приднестровье и Абхазия просили немедля ввести российские войска и обеспечить безопасность границ. Армения хотела, чтобы контингент миротворцев в Карабахе был усилен регулярными частями, а их функционал с наблюдателей был заменён на полноценную армию. Страны ОДКБ наперебой спрашивали, закроет ли Россия их ядерным зонтиком в случае нападения.

Некоторые вспоминали о братьях славянах и Косово. Другие говорили, что не так уж далека от нас средняя Азия, и не стоит сбрасывать её со счетов. И в этом гомоне и шуме телефонных звонков едва пробивались реальные насущные проблемы.

Говорили о беженцах. Об угрозе радикализации общества у наших границ. Перепуганные, голодные, лишившиеся дома, работы, а часто и семьи. Их толпы вскоре рванут из заражённых регионов. Генералы чертили карты радиоактивных осадков, которые должны были накрыть почти весь восток. И чудо, если они не дойдут до Сибири или Краснодарского края, иначе голод будет уже у нас.

Хорошая новость заключалась в том, что ударившие по Афганистану ракеты были значительно совершенней, чем бомбы середины предыдущего века, и вторичной радиации от них куда меньше. Минус — их было несколько десятков, и общий радиоактивный фон поднялся до опасных величин. А это нагрузка на медицину и производство лекарств.

Всё, сказанное на заседании, я протоколировал, отмечая то, что не понимаю, и то, что считаю наиболее важным. Держался сколько мог, но ближе к двум часа дня откровенно начал клевать носом. К счастью, большинство штабных тоже суток без сна не выдержало, и я ушёл, когда началась вторая смена с замами и секретарями.

Спать отправился прямо во дворце, благо у меня тут были собственные покои, если можно так назвать однушку в центральном коридоре. Отрубился, стоило голове коснуться подушки, и спал без задних ног, пока меня не разбудил звук открывающейся двери. Реакция у меня была мгновенной и однозначной: пистолет смотрел на вошедшего раньше, чем я сумел продрать глаза.

— Спокойнее, это всего лишь я, — подняв ладони, проговорил император.