— Ты. Останешься. Здесь! — рявкнула она.

— Вытащи его! — умоляюще крикнула я Леону, спрыгнув с подоконника в сад, достала из чемоданчика бутылочку цвета зелёной плесени и вложила её ему в руку. — Открой её там, наверху, когда схватишь Матса. Но только зажми нос покрепче — эта штука обращает всех в бегство!

Леон схватил флакон и запрыгнул с ним на окно. Почти сразу раздался пронзительный визг, вслед за ним — звуки рвотных позывов, и я понимающе захихикала про себя. «Гадкая вонь» была простым, но действенным средством: вдохнув его, уже невозможно было думать о чём-то другом. Запах был таким отвратительным, что полностью переключал внимание на себя, делая всё прочее практически незаметным. И действительно: в следующее мгновение Леон подтащил не на шутку озадаченного Матса к окну, и они вместе спрыгнули вниз.

Снаружи, за высокой живой изгородью, тарахтел мотор. Леон протолкнул нас обоих через колючие ветки в ту сторону, откуда раздавалось это тарахтение, и, увидев там Бонски и Бенно, я так обрадовалась, что крепко сжала Леона в объятиях. Он спас моего младшего брата — и это всё, что в тот момент имело значение.

— Спасибо, — сказала я. — Спасибо, спасибо и ещё тысячу раз спасибо!

Глава 31

Бонски мчался по узким улочкам и переулкам Парижа, минимум вдвое превышая разрешённую скорость. По крайней мере, в нашу сторону то и дело летела ругань.

Бенно, расположившийся рядом с Бонски на переднем сиденье, чуть голову себе не свернул, оглядываясь на нас с Матсом:

— Вы снова здесь!

Я взяла его за руку, улыбнулась и подумала, какой у меня всё-таки милый младший брат. С каждым метром пути с меня спадало напряжение последних часов.

— А как вам удалось выбраться из «Этернитэ»? — спросила я.

Бонски взглянул на меня в зеркало заднего вида и — я просто глазам своим не поверила! — подмигнул. Пожалуй, можно даже сказать — весело подмигнул.

— Бонски нас вытащил! — ответил Леон с широкой ухмылкой. — Точный боковой удар в челюсть одному охраннику, выкрутил руку другому — и вот уже все они заперты в той самой комнате, где должны были сидеть мы. Мы и глазом моргнуть не успели. — Он наклонился вперёд и похлопал Бонски по плечу. — В жизни не видел ничего круче. Джеймс Бонд отдыхает.

Я с восхищением и в то же время с благодарностью посмотрела на Бонски в зеркало заднего вида, и он сдержанно кивнул в ответ.

Переведя взгляд на Леона, я вновь невольно расплылась в улыбке:

— Спасибо, что присмотрел за Бенно! И что помог нам выбраться оттуда! Не знаю, что бы мы без тебя делали!

Леон на это лишь самодовольно ухмыльнулся в своей обычной манере:

— Пожалуйста, принцесса!

— О боже, меня сейчас стошнит, — простонал сидящий рядом со мной Матс и скорчил гримасу.

Бенно тут же обратился к Бонски:

— Давай помедленнее! А то его вырвет! — И, бросив на Матса полный понимания взгляд, добавил: — Мне раньше тоже всегда становилось плохо в машине.

— Поезжай дальше, Бонски, — раздражённо буркнул Матс. — Твой стиль вождения тут ни при чём.

— Матс что, всё ещё не в себе? — посмотрел на меня сбитый с толку Бенно. — Ему нужна помощь?

Я покачала головой и сердито взглянула на Матса:

— Мог бы сделать над собой усилие и хотя бы сказать Леону «спасибо» за всё, что он только что для нас сделал.

— Ну спасибо, — пробурчал Матс, не глядя на брата.

Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.