Анна Руэ. Секрет города «вечных»Аптека ароматов – 3
Для Люка и Мило
«Иной аромат может мгновенно очаровать и увлечь за собой в другой тир, такой старый, что нельзя и вообразить. А иной — даже оставить там навсегда». Сирелл де Ришмон, производитель парфюмерии, Париж, 1905 г.
Глава 1
Воздух вокруг нас наполнился розовыми облачками. Последние несколько недель я работала над ароматом, предназначенным специально для Эльзы Петерс — и вот теперь он поднимался из флакона в моей руке. Меня даже бросило в жар, как обычно и бывало, когда я впервые испытывала средство, созданное своими руками. В наши носы проник запах роз, пачули и ладана, и я тут же вспомнила все старые церкви, по которым меня так часто таскала мама, когда неделями напролёт реставрировала там скульптуры и выцветшие фрески на стенах. «Мечтательный бриз» казался свинцово-тяжёлым, он пах теплом — и в то же время мамой. Хотя от мамы никогда не пахло ладаном, да и духами с нотами роз или пачули она не пользовалась. Это действие аромата и вызванные им чувства заставили меня о ней вспомнить. Мне пришлось немного скорректировать состав и соотношение ингредиентов в «Мечтательном бризе» из аптеки ароматов. Например, добавить тёртый корень мандрагоры, от которого заметно изменился не только сам аромат, но и его действие. На мой взгляд, к лучшему.
Сомкнув веки, я почувствовала было, как аромат окутывает меня теплом и успокаивает — но раздавшийся в следующую же секунду вскрик заставил меня вздрогнуть. Я широко распахнула глаза и повернулась в направлении, откуда, судя по всему, он исходил — но не увидела ничего, кроме тёмно-розового ароматического шлейфа в воздухе. А потом мои уши уловили слабый всхлип. Что-то было не так. В облачках что-то шевелилось! Комнату наполняли полупрозрачные образы и неясные звуки. Жуткие места и ещё более жуткие люди. Руки у меня покрылись гусиной кожей. Что же это такое?! Картинки вспыхивали и угасали, тут же сменяясь новыми, словно беспорядочно перемешанные обрывки какого-то мрачного фильма. И тут до меня дошло, что происходит. «Мечтательный бриз» пытался прогнать кошмары Эльзы — вот только те ни в какую не желали отступать! Образы и звуки отчаянно сопротивлялись, они хотели, чтобы их смотрели и слушали как прежде. С замиранием сердца я наблюдала за схваткой между кошмарами Эльзы и ароматическими облачками до тех пор, пока туман наконец не рассеялся, поглотив не только тьму, но и пугающие звуки и шорохи. Я вздохнула с облегчением: «Мечтательный бриз» подействовал! Быстро заткнув флакон пробкой, я стала смотреть, как в воздухе бледнеют и исчезают последние следы ароматических испарений. В комнате понемногу проступили очертания выкрашенной в белый цвет деревянной мебели. Я покосилась на Ханну, которая сидела рядом со мной на диване и последние минуты не сводила глаз с Эльзы Петерс. Та, судя по всему, чувствовала себя хорошо. Ура! Она лежала, откинувшись на спинку кресла, ноги на журнальном столике, глаза закрыты. Морщины у неё на лице, казалось, немного разгладились, а уголки губ приподнялись. Выражение лица было непривычно безмятежным. Впрочем, именно ради этого-то мы сюда и пришли. Эльза Петерс была давней подругой Ханны, ещё со школы. Вот уже тридцать с лишним лет её мучили ужасные кошмары. Какие только средства она за это время не перепробовала, чтобы с ними справиться — всё без толку. Я немного сомневалась, что «Мечтательный бриз» подействует, но, видимо, зря. В конце концов, мы не раз были свидетелями, как ароматы из нашей подземной аптеки справлялись и с гораздо более сложными задачами, помогая добиваться поистине невероятных результатов. Ханна тихонько откашлялась, и Эльза открыла глаза. |
