По мере того как склон становился положе, дорога расширялась, и вскоре Лэнг нашел достаточно широкий участок обочины, на котором можно было остановиться. Он вынул ключ из замка зажигания «БМВ». Ни он, ни Герт некоторое время не шевелились и ничего не говорили. Их ноги сквозь кожаные брюки ощущали жар головок цилиндров, остывавших с негромким потрескиванием.

В конце концов Лэнг снял шлем, повернулся и увидел, что Герт отстегивает ремешок своего.

— Я совсем забыл, что ты была чемпионкой управления по стрельбе. Если не ошибаюсь, восемьдесят семь очков. И пистолет, и винтовка.

Она улыбнулась с таким выражением, будто он хвалил ее новое платье, и заявила:

— Восемьдесят восемь, а потом восемьдесят девять. Больше я в соревнованиях не участвовала.

— А что случилось с пистолетом?

— Он валяется где-то под горой, неподалеку от той Schweinehund, что была в грузовике. Как только полиция доберется до обломков, она кинется расспрашивать всех, кто окажется поблизости. А в ветровом стекле, между прочим, дыры от пуль. Мне вовсе не хочется, чтобы при мне нашли оружие.

— Пушка чистая?

Она подалась вперед, чтобы проверить в зеркальце мотоцикла, не смазалась ли ее косметика. Сейчас Герт больше походила на юную дебютантку, чем на человека, только что метко стрелявшего в такой ситуации, в какой спасовал бы и Джеймс Бонд.

— Пистолет проходит по управлению. Я была в перчатках, так что и пороха у меня на руках не обнаружит никакая парафиновая проба. Нужно только выкинуть одну петлю из краузера.

— Вернемся проверить, что с водителем?

Она отвернулась от зеркала и печально взглянула на треснувшее крыло из стекловолокна.

— А заодно объясним властям, зачем мы тут крутимся, да? Не думаю, что они станут внимательно слушать преступника, объявленного в международный розыск.

Лэнг задумался.

— Вдруг там найдется что-нибудь, указывающее, кто он такой.

— Знаешь, если бы ты снял кожанку и убрал ее в багажник, я вернулась бы туда одна. Когда явятся полицейские, они ни за что не подумают, что такую стрельбу могла устроить женщина. Как-никак они итальянцы. Вот и подумают, что это была попытка восхищения.

— Похищения.

— Да, и его тоже. Я узнаю, не было ли у водителя каких-нибудь документов, удостоверюсь, что он не смог ничего рассказать о том, что тут случилось.

Лэнг проводил женщину взглядом и подумал, что у Киплинга, наверное, была какая-то знакомая, похожая на Герт. Иначе вряд ли он написал бы свои строки о том, что самки любой породы живых существ куда опаснее самцов.

Умбрия, автострада. Спустя тридцать минут

Лэнг сидел у стойки в баре на одной из площадок для отдыха водителей, во множестве имевшихся на обочинах автострады. Эти островки с заправочными станциями, кафетериями, уборными и душевыми, густо пахнущими дезинфектантами, с таким же успехом могли находиться на главных шоссе близ Нью-Йорка или Парковой магистрали во Флориде, штате, именуемом Солнечным. Почему Америка экспортирует только худшее из того, чем обладает? У Лэнга была своя теория, из которой следовало, что когда-нибудь вся Европа будет походить на Канзас или, того хуже, на Калифорнию. Неудивительно, что при такой перспективе мало кто одобряет глобализацию.

Но думал он не только об этом. Чашка с капучино, стоявшая перед ним на столике, всего лишь заменяла ему билет, давала право занимать высокий табурет в баре. Кофеин почти не действовал на него, терялся в адреналиновом приливе, который лишь сейчас начал постепенно спадать. Как он мог прожить столько лет без встрясок, которые дает опасность? Во время работы в управлении Рейлли никогда не попадал в ситуации, где речь шла бы о жизни или смерти, не участвовал в перестрелках или погонях, но даже обдумывание плана перевозки изменника через охраняемую границу было за-хватывающим занятием.