|
Тренер сто раз отжиматься заставит.
Чем он занимается, спросить не успеваю. К нам подходят его знакомые. Тут много народу живет. Молодежи полно.
— Ты куда потерялся? Ищу тебя на танец, ищу. Сейчас белый объявят.
Недоуменно поднимаю глаза на Алену. Чего «белый»? И я вроде как ничего этой девушке не обещал. Но кто его знает, как тут в деревне принято.
Но меня не спрашивают и тащат в зал, как собственность. Ушлые в Мурашах девки! А я еще сомневался во внешности Несмеянова! И в самом деле, солист объявляет «Белый танец», и тут же вспоминаю, что на него обычно приглашают дамы. Как хитра Аленка! И мне нельзя отказаться. Девушка встает напротив меня. Раздается мелодия, придвигаюсь вплотную к ней и беру за талию. Глаза у Алены тут же становятся «по пять копеек», вовремя замечаю, что остальные танцуют не так «смело». Извиняйте, рокировочка. Отодвигаюсь и кладу и беру ее руки в свои. Мы кружимся в танце. На пятачке. Девушка посматривает на меня, а я по сторонам.
Танцуют в зале не так много пар. В основном народ постарше, даже женатый. Замуж тут выходят рано, молодухам хочется иногда праздника. А что тут еще есть? Кино и танцы, ну еще концерты самодеятельности или заезжие коллективы по праздникам. Молодежь моего возраста или уходит покурить, или мнется по стенкам, делая вид, что им все равно. Эх наши юношеские комплексы! Боимся отказа, а девчонки того, что их не пригласят никогда. Внезапно замечаю взгляды, которые многие бросают в нашу сторону и тут же покрываюсь испариной. Это же деревня, а я тут такой выскочка! Алена очень может быть чей-то пассией и заступничество Николая тут не поможет. «Законы гор». Затем мне становится все равно. Песня заканчивается, беру девушку за руку и веду к нашей компанией, затем как заправский юнкер киваю:
— Спасибо!
Алена ошарашенно смотрит на меня, я подмигиваю Сереге, и мы заливаемся хохотом.
— Шут гороховый!
Девушка в шутку стукает меня, но самой, небось, приятно ощутить себя барышней на балу.
Снова три быстрых композиции и за им медляк. В этот раз я сам приглашаю Алену. Хотя, наверное, лучше бы этого не делал. И песенка как назло под стать.
Было небо выше, были звёзды ярче,
И прозрачный месяц плыл в туманной мгле,
Там, где прикоснулись девочка и мальчик
К самой светлой тайне на земле.
Пусть сегодня вновь нас память унесёт
В тот туман голубой.
Как же это всё, ну как же это всё
Мы не сберегли с тобой?
Сам не понял, как прижал Алену ближе, одна руки на плече, вторая уже на талии, включилась глубинная память, а танцевал я всегда неплохо. Мы кружимся по залу, девушка боится лишний раз пошевелиться, внимает всем моим движениям. А она молодец, но зря так близко прижалась. Горячее тело под тонким платьем начинает меня откровенно будоражить. Но песня вовремя закончилась.
— Ты так хорошо танцуешь!
Бурчу в ответ:
— В детстве занимался. Я выйду.
На ступеньках меня встречает Серега:
— Это ты зря с Ленкой там танцевал.
— Есть ухажер?
— Да одни чудик. С Борового, что за оврагом. Они вместе в клубе занимались. Так что смотри.
— Ничего, прорвемся!
Серый, судя по ответному взгляду, мой жест оценил.
Танцевать сразу перехотелось, но уйти сейчас, значит, потерять лицо. А мне здесь «жить». В зале воздыхателя вычислил быстро, по взгляду. Мосластый паренек смотрел более красноречиво, чем говорил. Я нарочно в ответ усмехнулся и дождался медляка, чтобы взять Алену еще плотнее. Девушка испуганно зашипела:
— Ты чего? На нас смотрят!
— И что?
— Даня злой сегодня и выпил.
— Ты ему что-то обещала?
— Нет, конечно! Но он и так ненормальный, и вся семейка такая же. |