Сюзанна рассмеялась ему в лицо.

— Драматург просто выкинет меня со сцены, если я попрошу за тебя — ничтожного режиссера телепостановок, который даже не работает на центральном телевидении. Да и вообще, зачем ты мне сдался, Лео?

— Потому что благодаря моему режиссерскому умению ты сыграла так, что критикам не за что было раздирать тебя на части.

— Правда? Я знаю, чего ты хочешь, Лео. Ты хочешь, чтобы все поверили, что я не могу играть без тебя. И на телевидении, и на сцене. Ты хочешь, чтобы и тебе перепало от успеха Сюзанны, как Штайнеру от Гарбо. Но я не собираюсь сажать тебя себе на хвост. И потом: чем ты сможешь отблагодарить меня?

Лео с трудом сдерживал ярость.

— Я собираюсь подписать контракт с Голливудом после того, как будет поставлена твоя пьеса. Я договорюсь, чтобы тебе достались главные роли в двух… трех фильмах. Ведь именно этого ты хочешь? Сниматься в кино?

Сюзанна язвительно рассмеялась.

— Думаешь, я дура? Весь город знает, что тебе предложили контракт на телевидении, а не в кино. Грандиозная сделка! — фыркнула она.

Он готов был ее задушить. Но снова взял себя в руки и заметил:

— Я нужен тебе, Сюзанна. Благодаря мне ты хорошо смотрелась в телепостановке. И благодаря мне ты будешь хорошо смотреться на сцене.

— Ни хрена подобного, Мейсон! Мне никто не нужен, чтобы я хорошо смотрелась. А кроме того, все твои обещания — вранье. Ты обещал помочь мне избавиться от Поли — и что? Он так и висит у меня на шее и продолжает блевать на мои коврики. А работа, которую ты обещал подыскать для него? Он выдержал только неделю…

— Я старался. Разве моя вина, что в первый же день он надрался до полусмерти?

— А средство, которое прописал ему твой проклятый шарлатан? Вы же чуть не угробили его! Я хотела избавиться от Поли, но не ценой его жизни.

— Кто же мог подумать, что при этом он будет продолжать пить. Каждый дурак знает, что нельзя смешивать транквилизаторы с алкоголем.

— А кто ему сказал, что это были лекарственные инъекции? Он-то думал, что ему впрыскивают витамины. Ты сам уверял его, что это витамины.

— Что ты хочешь доказать, Сюзанна? Ведь ты знала, что это не витамины. И все знали.

— Нет, я не знала, — возразила она, правда, без особой уверенности в голосе. — Вернемся к началу нашего разговора. Так почему ты думаешь, что я нуждаюсь в тебе? На самом деле все наоборот: это ты теперь хорошо смотришься благодаря мне.

Она рассмеялась. Лео захотелось схватить ее за шиворот и швырнуть носом в стену.

— Ничего у тебя не получится, Сюзанна! Ты еще будешь умолять меня дать тебе хоть какую-нибудь роль в Голливуде. И знаешь, что я сделаю в ответ? Я выгоню тебя ко всем чертям!

— Но я не хочу переезжать в Лос-Анджелес, Лео. Не хочу бросать мать, друзей, работу… Мою работу! — с отчаянием в голосе говорила она. — Лео, скоро я получу повышение. Мне обещали… Это нечестно, Лео!

— А разве честно, что я пишу пьесу, ставлю ее, причем ставлю так, что эта сучка Сюзанна чуть ли не становится звездой и в результате ее приглашают в драматический театр, а меня нет! Мне остается либо уехать в Голливуд и работать на «Голдмен-Лессор», либо остаться здесь на этой убогой студии. Но я не собираюсь оставаться. Если мне не светит сцена, я согласен на Голливуд. И ни ты, ни твоя идиотская работа не остановят меня. Если уж тебе так дорога твоя работа, то почему бы тебе не остаться?

Он метнулся в спальню, захлопнув за собой дверь, но Клео бросилась за ним.