Ты же знаешь, какой Лео требовательный. Он хотел, чтобы в доме все было так, как он задумал, а у нас в запасе была только неделя! И пять вечеров подряд до назначенного дня он ходил по комнатам и кричал: «Больше ламп! Здесь темно, как в морге! Мне нужно больше, ламп!» Я пыталась объяснить, что на поиски ламп уйдет больше времени, чем на поиски мебели. Но поверишь ли? На следующий день я пошла по магазинам и купила эти самые лампы — целых восемь штук! А за два дня до приема Лео вбил себе в голову, что диван в его рабочем кабинете не того цвета, и нужно срочно переменить обивку. Спорить с ним было бесполезно. Я знала, что мне не найти сумасшедшего, который согласился бы обивать диван за два дня до приема, и взялась за дело сама. Всю ночь я выкраивала и насаживала материал на БУЛАВКИ, а потом мне оставалось только перекреститься, чтобы какая-нибудь булавка не застряла у гостя в заднице.

И мы успели подготовиться к приему. А Лео сказал: «Вот видишь! Можешь, когда пожелаешь. Все, что от тебя требуется, это взять пример с меня и приложить усилия». В тот момент мне захотелось пристукнуть его, но, по правде говоря, в день приема я подумала, что он пристукнет меня, потому что нам не прислали обещанных продуктов. Мне казалось, что сейчас либо он убьет меня, либо его самого хватит удар. Выяснилось, что поставщики перепутали числа. Я не могла осуждать Лей за его вспышку. К нам вот-вот придет сто пятьдесят человек, а еды нет! Тогда я сделала единственное, что мне пришло в голову — помчалась прямо в «Нейт и Элс» (это здешний магазин деликатесов, в котором продают настоящую нью-йоркскую солонину) и скупила все, что там было. Потом побежала в «А Фонг» (китайский ресторан в соседнем доме) и забрала все яйца и жареные ребра. К счастью, злополучные поставщики все-таки прислали несколько официантов (я пригрозила, что ославлю их на весь город, если они не выполнят нашу просьбу).

Но вопреки всему, вечеринка прошла замечательно. Мы принимали гостей у бассейна, погода стояла божественная, Джошуа ни разу не захныкал, а Лео договорился о своем контракте.

Как я уже сказала, мама пока еще живет с нами, хотя купила себе двухкомнатную квартиру на Уилшире и переедет туда, как только строительство дома будет полностью закончено. Она очень нам помогает. Она внесла деньги за наш дом. Мама вообще всегда нас поддерживала. Она любит Лео, к тому же она одна из тех немногих людей, которые ему нравятся. Знаешь, самое смешное то, что Лео убеждает ее сделать пластическую операцию. Он даже присмотрел ей парочку кавалеров! Женщинам за сорок здесь живется невесело. Ведь вокруг столько пикантных крошек, которые предпочитают флиртовать с солидными мужчинами, способными что-то для них сделать. (Думаю, я не рассказываю тебе ничего нового). Практически каждый пожилой мужчина, с которыми работает Лео, бросил свою старую подругу и подыскал себе что-нибудь более свеженькое. И пожилым женщинам почти некуда пойти развлечься. Никто за ними не ухаживает, и им приходится довольствоваться тем, что есть — то есть заботами о собственном доме и уплатой счетов. Даже на приемы их никто не приглашает. Конечно, мама всегда старалась держаться в форме. Кто знает? Может быть, когда она подтянет морщины, ей еще удастся кого-нибудь подцепить. Правда, говорят, что после операции человек выглядит примерно на десять лет моложе. И если мама будет выглядеть на сорок, не знаю, имеет ли вообще смысл затевать это дело. По-моему, в Голливуде это не поможет.

Я пригласила на новоселье Кэсси. Она пришла со своим самцом. И была бледна и молчалива. Ты в курсе, что недавно у нее опять случился выкидыш? Бедная Кэсси. Вот уж и впрямь бедная маленькая богачка. Она всегда подавлена, хотя многие бабы отдали бы последнее, чтобы оказаться в койке с Гаем Саварезом. И наверное, надо хорошо знать нравы Лос-Анджелеса, чтобы понять, с каким пиететом относятся к ее матери. Она тут настоящая королева-мать. Ее имя красуется на дверях каждого приюта в городе.