— Лео, но ведь ты не всерьез это говоришь!

— К черту! Чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю, что именно этого и хочу — уехать в Лос-Анджелес. Пускай они подавятся своим театром! Милти Сирс уехал в Лос-Анджелес в прошлом году и сейчас живет полной жизнью. Солнце. Теннис. Приемы с директорами студий. Обеды. Там все и происходит. Там, а не здесь. Здесь упадок. Выгляни в окно. Что ты видишь? Грязные улицы. Серые лица. Сплошное запустение. Ни пальм, ни апельсинов. Я вовсе не собираюсь долго торчать на их телевидении. Я познакомлюсь с нужными людьми, и ты не успеешь оглянуться, как я начну снимать фильмы. Но если для тебя важнее твоя вшивая работа, что я могу еще сказать, кроме как пожелать удачи!

И чтобы придать своим словам большую весомость, он принялся доставать вещи из шкафа. Клео запаниковала.

— Когда ты собираешься уехать?

А как же ее брак! Ее квартира! Ее замечательная мебель!

Он зло улыбнулся.

— Передумала? Тоже собираешься в путь?

Ей хватило нескольких секунд, чтобы принять решение.

— Я еду с тобой, потому что наш брак все-таки что-то для меня значит, — еле слышно сказала она, стараясь ответить как можно более достойно.

— В таком случае тебе нужно поставить в известность своих боссов. Я отправлюсь на следующей неделе.

— Почему так скоро?

— Раз я еду, то я еду. Зачем убивать тут время? Но если тебя больше волнуют твои работодатели, а не я…

Его слова повисли в воздухе.

— Нет, Лео, конечно, нет, — поспешила ответить она. — Ты же знаешь: наверняка у Бета есть знакомые на какой-нибудь студии. Наверняка мне удастся получить работу в отделе прозы. Почему бы мне ее не получить? Специфика та же самая, знакомая мне…

«Значит, ты надеешься обскакать меня и в Голливуде? Надеешься работать на крупной студии, тогда как мне придется с трудом пробивать себе дорогу, чтобы наконец распрощаться с телевидением? Ни за что!» — сказал он себе.

— Не думаю, что тебе придется искать себе работу, Клео. Полагаю, у тебя не будет на это времени.

— Почему? Что ты имеешь в виду?

— Думаю, нам пора строить семью. Мужчина, у которого есть настоящая семья, вызывает больше уважения в тех краях. В их глазах это человек солидный, а не какой-нибудь прохиндей. Да и Калифорния — отличное место для воспитания детей. Они вырастают высокими и красивыми. Может быть, оттого, что там много солнца и фруктов. Нам понадобится дом. У них всякий уважающий себя человек живет в доме, а не в квартире. В доме, окруженном пальмами. И раз уж мы купим такой дом, его нужно будет обставлять. А это, Клео, у тебя получается хорошо. Это то, что тебе особенно удается… — Что он хочет этим сказать, недоумевала Клео. — А после того, как мы обзаведемся домом, мы начнем устраивать приемы, — продолжал Лео. — Намного чаще, чем здесь. Именно так в Голливуде делаются дела. На приемах или в садах с бассейнами. Как видишь, ты будешь очень за-ня-та. Очень за-ня-та. И мне бы хотелось, чтобы ты поработала в какой-нибудь их благотворительной организации. Все крупные приемы устраиваются на благотворительные средства. Так что, — он счастливо улыбнулся, — у тебя будет полно дел.

— А где мы возьмем деньги, Лео? На все это будет уходить много денег. Много де-нег, — передразнила она его. — Нам нужна большая зарплата.

— Твоя зарплата? Гроши. Гро-ши. «Голдмен-Лессор» обещает платить мне две тысячи в неделю. Это не какая-нибудь дерьмовая местная телестудия. Там не мелочатся. И это только начало. В среднем там платят по пять тысяч в неделю. Плюс права. Плюс проценты. Плюс доля в общем доходе, — убеждал он ее.