|
Нет, право, это уже слишком. Антуан, забавляясь, следил за ней глазами: без шляпы, волосы, сверкающие на солнце, растрепаны, губы кривятся раздраженно и насмешливо, юбка поддернута, рукава закатаны по локоть, и она снует туда и сюда по участку, обнесенному оградой, осматривая каждую могилу, и в ярости ворчит: - Попомню я вам это, черт бы вас взял, жадюги! Вернулась она обескураженная: - Я так им дорожила! Они, вероятно, понаделали из них брелоки. Знаешь, народ тут такой отсталый... Впрочем, - продолжала она, успокоившись как по мановению волшебной палочки, - я там обнаружила желтый песок, он нам все скрасит. Понемногу место, где была погребена девочка, становилось иным: крест подняли, вбили в землю ударами деревянного молотка, и он теперь возвышался над прямоугольником, обложенным кирпичами, где не виднелось ни былинки, а узкая, посыпанная песком дорожка, что вилась вокруг, довершала все, создавая впечатление, будто могилку усердно содержат в порядке. Они не заметили, как небосклон заволокло тучами, и первые капли дождя застигли их врасплох. Над долиной собралась гроза. Под свинцовым небом камни, казалось, стали еще белее, а трава еще зеленее. - Поспешим, - крикнула Рашель. Она оглядела могилу с материнской улыбкой, прошептала: - Мы неплохо поработали, совсем как палисадник около дачи. Антуан приметил ветку, свисавшую с розового куста, растущего в углу, между стенами, а на ней цвели, покачиваясь на ветру, две розы с шафраново-желтой сердцевиной. И ему захотелось сорвать их, оставить на прощанье маленькой Роксане. Но его остановило чувство такта: он предпочел, чтобы такой романтический жест сделала сама мать, и, сорвав цветы, протянул их Рашели. Она их взяла и торопливо приколола к корсажу. - Благодарю, - произнесла она. - Но пора удирать, а то шляпка у меня испортится. - И она побежала к экипажу, не оглядываясь, обеими руками придерживая юбку, которую уже хлестал дождь. Кучер тем временем успел выпрячь лошадь и укрылся вместе с ней между кустами живой изгороди. Антуан и Рашель нашли прибежище в самом экипаже под поднятым верхом и натянули на колени тяжелый фартук, от которого разило заплесневелой кожей. Она смеялась - ее забавляло, что так неожиданно налетела гроза, радовало, что долг выполнен. Ливень был мимолетным. Дождь затихал; тучи мчались на восток, и вскоре в небе, очистившемся от испарений, вновь проглянуло заходящее солнце, сиявшее ослепительно. Кучер стал запрягать. Ватага мальчишек гнала мимо них стадо мокрых гусей. Младший, малыш лет девяти-десяти, взобрался на подножку и звонко крикнул: - Что, хорошая штука любовь, господа? - и убежал, стуча деревянными башмаками. |
