|
- Негодяй! - крикнул он внезапно, устремляя вперед подбородок, и острый взгляд, блеснувший из-за ресниц, убедительно показал, как можно ошибиться, слишком доверяясь его кажущейся неподвижности. Он снова прикрыл глаза и всем корпусом вопросительно повернулся к Антуану. Молодой человек отозвался не сразу; он уставился в пол, зажав в кулаке бороду и хмуря брови. - Я сообщу в больницу, чтобы там меня завтра не ждали, - сказал он, - и утром пойду поговорить с этим Фонтаненом. - Утром? - повторил машинально г-н Тибо. Он встал. - А пока нам предстоит бессонная ночь. - Он вздохнул и направился к дверям. Аббат пошел следом. На пороге толстяк протянул священнику вялую руку. - Я в отчаянии, - вздохнул он, не открывая глаз. - Будем молить бога, чтобы он нам всем помог, - учтиво отозвался аббат Бино. Отец и сын молча прошли несколько шагов. Улица была пуста. Ветер утих, потеплело. Было начало мая. Господин Тибо подумал о беглеце. "Хорошо хоть, что он не мерзнет, если у него нет сейчас крова над головой". От волнения он ощутил слабость в ногах. Он остановился и обернулся к сыну. Поведение Антуана немного успокаивало его. Он любил своего старшего сына, гордился им, а в этот вечер любил его особенно нежно, ибо усилилась его враждебность к младшему. Не то чтобы он был неспособен любить Жака; дай, малыш, хоть какую-то пищу отцовской гордости, и он пробудил бы в г-не Тибо нежность; но сумасбродные выходки Жака всегда уязвляли его в самое чувствительное место: они ранили его самолюбие. - Лишь бы только все обошлось без излишнего шума, - проворчал г-н Тибо. Он приблизился к Антуану, и голос его дрогнул: - Я рад, что ты смог уйти с дежурства на эту ночь, - сказал он. И сам испугался выраженных чувств. Молодой человек, смущенный еще больше, чем отец, не отвечал. - Антуан... Мой милый, я рад, что ты в этот вечер со мной, - шепнул г-н Тибо и, наверно, впервые в жизни взял сына под руку. II В это же воскресенье, вернувшись к полудню домой, г-жа де Фонтанен нашла в прихожей записку от сына. - Даниэль пишет, что Бертье оставляют его у себя завтракать, - сказала она Женни. - Значит, тебя не было, когда он вернулся? - Даниэль? - Девочка встала на четвереньки, чтобы достать забившуюся под кресло собачонку. Она долго не поднималась. - Нет, - сказала она наконец, - я его не видела. Она схватила Блоху, прижала ее к себе обеими руками и, осыпая поцелуями, вприпрыжку побежала в свою комнату. Она появилась перед завтраком. - У меня болит голова. Я не хочу есть. Лучше полежу в темноте. Госпожа де Фонтанен уложила ее в постель, задернула шторы. Женни свернулась под одеялом в клубок. Она никак не могла заснуть. Проходили часы. Много раз за день г-жа де Фонтанен заглядывала к дочери, клала ей на лоб прохладную руку. |
