Брайан подался вперед, словно в поисках слов.

— Ты когда-нибудь задумывался, — произнес он низким голосом, — почему экипажи межзвездных кораблей всегда набираются из наукократов?

Мерсер обдумал неожиданный, хотя и вполне резонный, вопрос.

В этот момент мимо как раз проходили трое корабельных техников, и Мерсер рассеянно проводил их взглядом. Высокие, суровые, отстраненные, они шли, словно бы не замечая ничего вокруг. Спереди на белых рубашках и сзади на желтых плащах была вышита основополагающая научная диаграмма: три вектора пересекались с тремя другими, отображая структуру пространства и материи.

— Нет, — медленно ответил он.

— А мне случалось. Почему это так? С кораблями не слишком сложно управляться. Обычным инженерам, вроде тебя, остаются куда более тяжелые профессии. Зачем таланты дражайших наукократов расходуют на столь тривиальное занятие?

— Не знаю.

Брайан продолжил тем же низким голосом:

— Мне известно то, чего не знают многие другие. Перед тем, как этих наукократов впервые в карьере назначают на тот или иной звездолет, они обязаны посетить Внутреннюю Палату и получить определенное наставление.

Мерсер посмотрел на него с вежливым удивлением.

— И к чему же оно сводится?

— Это мне бы и хотелось знать.

— Ты так говоришь, словно это большая тайна.

— Едва ли. Но это наверняка что-нибудь вещественное. Если его так тщательно охраняют от народа, это наверняка что-нибудь… — Он замялся, подыскивая слова.

— Глубокое? — помог Мерсер.

— Если хочешь. Во всяком случае, весьма необычное. Полагаю, оно как-то связано с отсутствием прямого обзора на этих кораблях.

— Почему?

— Тебя не удивляет, что десятки тысяч человек перемещаются на этих чудесных и безопасных кораблях, но выглянуть в космос им и краем глаза не позволено?

— Ты хочешь сказать, там что-то… не так…

— Не так, — согласился Брайан.

— Не так, как мы думаем. Гм. — Мерсер откинулся в кресле, скорчив заинтригованную гримаску. Брайан вдруг увидел в нем шестнадцатилетнего мальчугана, озадаченного новой научной загадкой.

— Наверно, что-нибудь политическое, — предположил Мерсер. — Возможно, другая раса разумных существ, способная к путешествиям в космосе, и при этом враждебная. Правительство, не исключено, решило хранить молчание на этот счет, чтобы пассажиры не знали, что происходит, не замедляется ли продвижение судна и не грозит ли им атака. При таком подходе там, снаружи, сейчас вполне может греметь космическая битва, а мы ни сном ни духом.

— Если в нас не попадут. А даже коли и так… есть телеэкраны.

— Телеэкраны можно отключить. Но да, я просто рассуждаю вслух… Впрочем, разве экраны не подрывают стройность твоей гипотезы? В любой момент можно выглянуть наружу.

— Не наружу. Это всего лишь картинка, а не реальный обзор. Все равно что на фотографию смотреть. Именно эта аналогия и подсказала мне разгадку.

— Думаешь, что-нибудь психологическое? — сообразил Мерсер. — Да, не исключено. Быть может, людей нервирует вид из окна, выходящего на Вселенную.

— Вроде того. — Голубые глаза Брайана сверкнули. — Психологический эффект, невыносимый для обычных людей. Наукократы защищают их даже от собственного любопытства. Наукократы, конечно, знают, как обстоит дело, но это исключительно сильные и надежные люди, они не расколются.

Лицо Мерсера просияло.

— В яблочко, — довольным тоном заметил он.