Телохранители вначале встревожились и хотели было доложить об этом константу, но немного поразмыслив, пришли к выводу, что их тела запросто могут оказаться без голов, так как они приставлены следить за каждым ее движением, а не ротозейничать и решили пока понаблюдать за своей подопечной. Вскоре они убедились, что с ней в такие моменты абсолютно ничего не происходит, она остается целой и невредимой. Тогда секки решили, что это просто очередная блажь землянки: то она сутками неподвижно сидела, глядя в одну точку, теперь сутками носится по коридорам, либо хлопает дверьми, заглядывая во все залы подряд. Пожав плечами, они решили с этим смириться и спокойно дожидаться ее следующей выходки.

Их внимание к Елене несколько притупилось. Тут еще до них дошли тревожные слухи о неспокойной обстановке с наружной стороны облака и у них появилась тема для обсуждения между собой дальнейшего хода развития событий. Разговаривая между собой, они начали часто терять свою подопечную из виду, зная, что с ней ничего не случится.

Елена была в восторге. Ее план начал давать свои плоды. Правда в последнее время за ней почти неотступно следовал Андрей, пытаясь излить ей свои чувства, но его она не принимала в расчет.

Свою генеральную репетицию она решила сделать в районе старого космодрома. Туда уже давно никто не ходил и коридор, ведший к нему был всегда пустым. Он имел две двери – в начале и при выходе из него. К тому же перед второй дверью находился небольшой зал с отлично сохранившейся обстановкой, видимо одна из комнат отдыха Озла. Обе двери запирались с обеих сторон, самыми допотопными электронными ключами, представляющими собою кодовую пластинку. Это придало Елене заряд оптимизма, не нужна идентификация личности.

Она начала регулярные посещения заброшенного космодрома. При первых посещениях двери кодовыми пластинками отпирали и запирали секки. Но заметив, где хранятся ключи, Елена вскоре начала убегать от секки, сама брала ключи и отпирала двери. Когда это произошло в первый раз, телохранители оказались в замешательстве. Сделав попытку забрать у нее пластинку из руки, один из них так сдавил ее запястье, что она громко закричала, запястье начало синеть у секки на глазах.

– Я покажу это константу. – Произнесла Елена, показывая им синеющую руку, она уже сносно могла говорить по вестиниански.

– Масса… – Единственное, что смог сказать с дрожью в голосе нанесший ей травму секки, с побелевшими от страха глазами.

Второй телохранитель наклонился, поднял, выпавшую у нее из руки пластинку и подал ее Елене.

– Хорошо. – Снисходительно произнесла она, беря пластинку. – Я постараюсь забыть об этом.

Больше у ней проблем с открыванием дверей не было.

Наконец она выбрала день для своего широкомасштабного эксперимента. Всю ночь перед этим она практически не сомкнула глаз, продумывая до мельчайших подробностей весь ход своей затеи. Пыталась она придумать что-либо и в отношении Андрея, но это оказалось ей не под силу и она в конце концов смирилась с его присутствием.

– Пора! – Наконец, в назначенный день, взбодрила она себя.

Одевшись в легкий комбинезон, который не стеснял ее движения, она вышла из своей комнаты и нарочито небрежно пошла по коридорам космопорта. Андрей неотступно следовал за ней, секки, неторопливо перебрасываясь словами, так же пошли за ними.

Завернув за один из поворотов, Елена крепко схватила Андрея за рукав и быстро потащила его к коридору, ведущему на старый космодром. Схватив кодовые пластинки, она быстро добежала до входной двери в коридор и, открыв ее, протолкнула туда Андрея, проскользнула сама и закрыла за собой дверь.

Андрей вытаращил глаза.

– Быстрей!

Елена схватила его за рукав и таща за собой, побежала по коридору. Подбежав к наружной двери, она хотела было вставить пластинку в щель замка, но вдруг резко отпрыгнула в сторону и замерла в нерешительности.