— Так и кобура есть какую изволите. — Настаивал приказчик. — И скрытого ношения под пиджак, и поясная, и даже та, что под ремень уходит. Только рукоятка и торчит. А что велик, так и калибр такой, что коня свалит. А с шестью-то миллиметрами, раза три стрельнуть придётся.

— Это как попадать, братец. — Заметил второй. Среднего роста, но с широченными плечами словно у грузчика, и широкополой шляпой, входившей в моду у делового сословия в этом сезоне.

— Оно конечно так, но в условиях скоротечного боя, целиться — то и некогда особенно. А ежели на бегу, да в бегущего человека? — Не сдавался продавец. — Да и боезапас у Токарева куда как больше чем у Браунинга — шестого. У браунинга шесть всего, а у Токарева восемь.

— А ты, братец, я смотрю, в этом деле, не прохожий? — Усмехнулся широкоплечий.

— Разведка Отдельной бригады ордена Кондрата Булавина. — Продавец улыбнулся. — Нам бы это оружие там, в горах…

— А мы в Карсе высаживались. — Высокий тоже улыбнулся. — Ладно, брат, давай Токарева, и посмотрим, что там за кобуры у тебя.

Тихо подошла Дарья, и остановилась в паре метров.

— Дарья Михална? — Николай вопросительно посмотрел на девушку.

— Николай Александрович, к телефону вас кличут.

— Иду.

Несмотря на некоторые сложности с прокладкой проводных линий, в Москве уже было тридцать тысяч номеров, и количество телефонных станций быстро росло. У Николая стоял телефон и дома и в магазине, что сильно упрощало жизнь, но иногда как вот сейчас, сильно нарушало планы. Несмотря на шорохи и шумы в трубке, голос князя Голицына он узнал мгновенно.

— Боярич, вы давно были в здании генерального штаба? — Произнёс тот после протокольного обмена приветствиями.

— Да собственно никогда не был. — Удивился Николай.

— Тогда приглашаю вас на короткую экскурсию.

— Прямо сейчас? — Уточнил Белоусов.

— Если это вас не затруднит. — Произнёс князь, что в переводе на обычный язык, означало, «как можно быстрее»

На входе в здание, машину уже встречал капитан — артиллерист, с нагановской кобурой на поясе. Показав куда можно поставить машину, он молча провёл Николая через пост охраны, и поднявшись на второй этаж, где находились кабинеты генералитета, довёл его до огромной приёмной, и не обращая внимания на секретаря — адъютанта, распахнул двери в кабинет.

— Господин генерал… — Капитан щёлкнул каблуками.

— Благодарю капитан. — Начальник генштаба, генерал армии Духонин, сидевший в компании князя Голицына и незнакомого мужчины в коричневом костюме, кивнул, и показал Николаю на свободное кресло. — Садитесь голубчик.

Князь, кивнул Николаю.

— Давайте господа, я вас представлю друг другу. Генерального штаба начальник, генерал армии Духонин Николай Николаевич, Иоффе Абрам Фёдорович академик императорской академии наук и глава Физического Исследовательского Института, лейтенант Белоусов, кавалер Серебряной Звезды Конгресса США, Ниххонского ордена Хатимана, Ордена «За боевые заслуги» и медали Честь и Порядок.

— Изрядно, а как для лейтенанта, так даже более чем. — Духонин с улыбкой кивнул. — Князь рекомендовал вас как человека аккуратного, внимательного и надёжного, что в данном деле, весьма важно. И что ещё важнее то, что вы не затягиваете с исполнением поручения. — Он помолчал. — А дело по которому мы просили вас прибыть так спешно, важное до чрезвычайности.