За дымом Всадники не заметили надвигающегося с той же стороны «Сталкера». Он появился внезапно, постоял над поверженным противником, затем повернул башенную настройку к востоку. Металлическое «лицо» его напоминало гримасу палача, опустившего топор на шею жертвы. Казалось, он смотрит прямо на них. Касси затаила дыхание. Боевому роботу расправиться с ними — дело нескольких секунд: один залп из протонного излучателя, и горстки пепла не останется.

Ярко-бордовый обрубок луча, выпущенного из большого лазера, промелькнул возле правого плеча восьмидесятипятитонной машины. Промах! Касси даже застонала от обиды. «Сталкер» неторопливо повернулся к стрелявшему и зашагал в его сторону — шел не по улице, а прямо через здания, по дворам. Стены рушились, словно картонные.

Ни слова не говоря, Всадники прыгнули в мобиль. Ковбой резко рванул с места. Свернув налево, они выбрались на дорогу, ведущую в сторону Гандерландских гор. За город удалось выбраться без помех, там прибавили скорость.

Колеса, коснувшись бетонного покрытия, взвизгнули, и аэрокосмический истребитель «Шилон» покатил по взлетной полосе единого терминала, обслуживающего как межзвездные, так воздушные рейсы. Таи-и Шарон Омидзуки по прозвищу Мышка резко ударила по клавише тормозных ракетных двигателей. Первым делом она попыталась унять волнение. За долгие годы службы это был ее первый боевой вылет, и, надо же, какая удача -сразу посчастливилось сбить стотонный бомбардировшик «Штука»! Для командира необстрелянного звена это большой успех. Хороший пример для подчиненных.

Шарон рвалась в бой. В этот момент ее настиг приказ немедленно возвращаться на базу, уже организованную в захваченном космопорту. Капитану Омидзуки, несмотря на вспыхнувший азарт, пришлось подчиниться. Разумность приказа была очевидна. Стоило капитану бросить взгляд на дисплей, где отображались данные физиологического состояния пилота, как стало ясно, что вероятность того, что ей удастся безболезненно выдержать еще одно боевое столкновение, минимальна. По крайней мере, в этот — первый! — боевой вылет. Ее шестидесятипятитонный «Шилон», снабженный ядерным двигателем, мог находиться в полете неопределенно долго. Более того, при наличии обширного боезапаса истребитель мог сражаться сутками, а то и неделями. Другое дело — возможности пилота… Подобная воздушная или космическая акробатика не каждому под силу. В отличие от сражений, в которых участвуют наземные боевые роботы, каждое столкновение в пространстве, длящееся порой не более нескольких минут, сопряжено с огромными физическими и психологическими нагрузками. Нетренированный человек просто погибнет, раздавленный непомерной тяжестью. Несмотря на специальные препараты и особые противоперегрузочные костюмы, гибель летчиков прямо в кабинах совершавших сложные эволюции в бою истребителей была достаточно обычным делом. Бросаясь в атаку, порой обо всем забываешь — теперь капитан узнала на собственном опыте, что значит неуемный азарт и охотничий инстинкт. Только наиболее опытные и прекрасно подготовленные пилоты умели выбирать разумный компромисс между возможностями машины и человека. Это умение приходило с опытом и постоянными жестокими тренировками. Всякая спешка — не важно, по вине безжалостного командира или самого летчика, не успевшего набрать форму, — всегда приводила к печальному итогу. Интересно, что во время учебных, даже самых напряженных полетов ничего подобного не происходило: пилоты всегда успевали оценить свое состояние и либо сбрасывали скорость, либо отказывались от крутого виража.

Эти правила, сформировавшиеся после осмысления множества катастроф, нашли отражение в пунктах наставлений и боевого устава аэрокосмических сил Синдиката Дракона. Согласно его требованиям первый боевой вылет не мог продолжаться более часа. Меньше — на усмотрение старшего командира, в обязанности которого входил непрерывный контроль состояния пилотов, участвующих в боевых действиях.