— Сколько болтов? — спросил Дарел, когда Таркен проходил мимо.

Тот постучал по коробке арбалета:

— Последние.

Дарел встал на его место, покачал головой. У левой стены, где держал оборону Таркен, высилась громадная куча окровавленных тел, по которым с трудом перебирались новые нападающие. Таркен постарался на славу. Но болты закончились,"а мечник из него, учитывая поврежденную руку…

«Медведи» постепенно отходили к задней стене, и хейлотам приходилось наступать прямо по трупам своих сородичей. Они оскальзывались, застревали, нередко сталкивались, мешая друг другу и давая возможность Дарелу и Тео раскроить пару-другую черепов.

Дарел покосился на Рагнара. Схватка с аколитом подходила к концу. И тот, и другой были измотаны до предела. Оба тяжело, с хрипом дышали, двигались замедленно. Плащ аколита был изорван в клочья, шерсть залита кровью, снаружи болтался на нерве один глаз. Но и Рагнар выглядел немногим лучше — от доспехов остались лишь фрагменты, более-менее целой выглядела кираса, но ее поверхность была изрыта выбоинами.

— Рагнар! — закричал Дарел. — Отвлеки его!

— Он мой! — прорычал в ответ Рагнар. — Ты! Не смей! Красть! Мою победу!

Двумя точными ударами Дарел смел ближайших мутантов и замер, пристально вглядываясь в Рагнара. Что стояло за словами Рагнара? Бравада?

— Не приближайся! — взревел Рагнар, точно почуяв намерение капитана.

— Идиот, — прошептал Дарел.

— Рагнар! — вскричал Теобальд. — Прикончи его! Чего ты ждешь?!

Рагнар не ответил. Большей частью они уже не сражались, а стояли, буравя друг друга взглядами, грудные клетки так и ходили ходуном. Лишь изредка воздух вспарывал топор или когтистая лапа.

Капитан обернулся к Таркену. Тот стоял у стены, левая рука безвольно висела, в правой все еще покоился арбалет.

— Гвоздь, есть еще болты?

— Один, капитан.

— У этой твари есть еще один глаз, сможешь?

На лицо Таркена набежала тень:

— Попробую.

— Не надо пробовать! — рявкнул Дарел, разделываясь с очередными тварями. — Убей его!

Таркен медленно поднял арбалет. Его рука сильно дрожала, и Дарел прикусил губу. Гвоздь тоже был плох, но если у него не получится… Дарел отвернулся, надвигались еще несколько мутантов.

Таркен промахнулся. Болт ударил в. бровь, но аколит пошатнулся, нелепо взмахнул руками, теряя равновесие, и в этот момент Рагнар, издав нечеловеческий вопль, развалил ему голову надвое.

— Сдохни!!!

Рагнар рубанул уже падающее тело, потом еще и еще. Если бы не растерянность, воцарившаяся среди хейлотов, его тут же и разорвали бы, но ему повезло. Когда зеленоглазые вновь пошли в атаку, Рагнар уже стоял над телом аколита в полной боевой готовности. Весь в крови, в правой руке иззубренный топор, в левой — раздвоенная голова аколита.

— Ну что, ублюдки?! Получите вашего дружка! — Он швырнул голову в надвигающиеся ряды хейлотов и захохотал.

— Почему они все еще атакуют? — раздался сзади усталый голос Таркена.

Дарел пожал плечами. «Наверное, аколит был не единственный», — хотел он сказать, но не успел. Через порог в подземелье вошли двое аколитов. Один из них остался у порога, второй быстрым шагом двинулся вперед. Хейлоты с визгом освобождали ему дорогу.

— Давай иди сюда! — взревел Рагнар, взмахнув топором. — Я сделаю с тобой то же самое!

Не дойдя десяток шагов, аколит остановился и вскинул перед собой мертвое тело. В изодранных латах, залитое кровью, полуобглоданное, горло было вырвано, так что голова болталась на одном лоскуте кожи.