Больше они не разговаривали.

4

Сытый Эрик блаженно отвалился на спинку скамьи, небрежно отодвинув недоеденное жаркое, расстегнул пояс с баронским мечом. В отличие от него Берсень мяса не ел, уделяя внимание каше, овощам, фруктам и вину.

— Хорошее у вас тут вино, — в очередной раз сообщил он, наливая себе и Эрику.

— А ты, видно, большой любитель?

— От плохого вина больше толку, нежели от хорошего мяса, — пожал плечами маг.

— А мяса ты совсем не ешь?

— Только в пути. Его удобнее хранить. — Раскрасневшись от вина, Берсень стал словоохотливее. — Но по возможности стараюсь избегать. Оно плохо совместимо с магией.

— Надо же, — зевая, пробормотал Эрик. — Вот уж не знал.

Ему страсть как хотелось спать. А еще хотелось принять горячую ванну. Или лучше все-таки поспать? Задумавшись над этой дилеммой, он и не заметил, как задремал.

— Эй, Эрик. — Берсень легонько толкнул его в плечо. — Ты ведь так и не сказал мне, как очутился там, в колодце.

Эрик зевнул.

— Барон, тот, что в замке, он привез меня туда и спустил в колодец.

— Что еще за обычай?

— Это не обычай, это… — Эрик снова зевнул. — Он вдруг решил, что я обрюхатил его сестру, и захотел меня на ней женить. Дурь!

— А ты и его сестра?.. Эрик отмахнулся:

— Я же не идиот. Что я, не помню своих женщин?

— Ты полагаешь, что барон идиот?

— Откуда мне знать? Может, хотел выгодно сплавить сестру. Хотя я, знаешь ли, не настолько богат, чтобы считаться выгодным женихом. Но, с другой стороны, мало ли идиотов в провинции?

— Не больше, чем везде, — тихо сказал Берсень. — Интересно, а не проще было твоему барону засадить тебя в подвал в своем замке?

Эрик не ответил, он опять клевал носом. Берсень прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущению смутного беспокойства. Он и раньше отмечал косые взгляды посетителей трактира, но относил это на счет неопрятной внешности. Однако сейчас воздух в харчевне словно пропитался ненавистью и страхом. Многие люди поднимались и уходили. А вышибалы явно вознамерились просверлить взглядами в черепах Берсеня и Эрика дырки.

— Эрик, — маг растолкал спутника, — мы должны уходить, проснись.

— Да-да, я уже встаю. — Эрик повел вокруг осоловелыми глазами. — Хозяин, еще по одной!

И вновь повесил голову. Берсень огляделся, уже не таясь. Трактир был пуст. Только у входа зыркали исподлобья вышибалы, но пока ничего не предпринимали. Ощущение неминуемой беды стало настолько острым, что Берсень не выдержал, схватил бутылку вина и вылил остатки на макушку Эрика. Тот мгновенно встрепенулся, замотал головой, окатил мага враждебным взглядом:

— В чем дело?! Что ты себе позволяешь?! Я потомственный аристократ!

— Ты идиот, — прошипел Берсень. — Ты что, не видишь, что вокруг никого нет?

Эрик огляделся, развел руками:

— Что тут произошло? Это ты распугал народ? Своей дурацкой магией?

— Убираемся отсюда, придурок, пока не нагрянули стражники.

Берсень схватил его за руку, но Эрик вырвался — и едва устоял на ногах.

— Но мне нечего бояться. Я и сам собирался пойти в полицию. Я говорил тебе. Мое слово, слово потомственного дворянина…

— Я уже здесь, сударь. Полиция к вашим услугам, — раздался от входа спокойный голос.

Невысокий кряжистый мужчина с длинными вислыми усами медленно продвигался прямо к ним.