Письмо оканчивалось словами: “Надеюсь, ты сможешь что-нибудь для них подыскать. Несмотря на все мои безумные драмы и несчастья, случившиеся в Греции, я всегда буду любить это место и всегда буду думать о нем и о тебе с огромной нежностью. Любящая тебя, Фиона”.

Вонни на минуту задумалась, затем достала бумагу и принялась писать ответ:

Дорогая Фиона,

Присылай своих близнецов, я с удовольствием с ними познакомлюсь. Куры умерли от старости, и у меня не дошли руки купить новых, так что курятник пустует. Мы его почистим, поставим туда две кровати, и ребятам будет где ночевать. Пусть едут на ночном пароме — Агия Анна потрясающе смотрится на рассвете, объясни, как до меня добраться, а я тут за ними присмотрю…

Она собиралась уже встать и пойти на почту, когда прозвенел дверной звонок. Вонни выглянула: на пороге стоял Такис, ее адвокат.

Он вошел в магазин и огляделся.

— Ты одна, Вонни?

— Звучит так, будто тебе предстоит открыть мне государственную тайну.

— Нет, но дело личное.

— Не тяни, Такис.

— Твой сын находится в Англии в предварительном заключении.

— Боже мой! За что?

— Какое-то мошенничество с НДС или вроде того.

— И что теперь будет?

— За него нельзя просто поручиться. Дело серьезное, опасаются, что он сбежит.

— А откуда ты все это знаешь?

— С тех пор как в своем завещании ты назначила его единственным наследником, я наблюдал за ним. На случай, если ты умрешь и мне понадобится с ним связаться. Неважно, что я чувствую по этому поводу. Это было твое желание…

— И Ставрос попросил тебя связаться со мной? — Ее лицо осветилось надеждой.

— Нет, Вонни. Он даже не знает, что я в курсе дела.

— Он не просил меня о помощи?

— Нет.

— Разумеется, я организую для него поручительство.

— Этого я и боялся.

— Боялся?

— Мой информант утверждает, что парень сбежит.

— Что же, сбежит — так сбежит. Нужно дать ему шанс. Я у него в долгу.

— Ты ничего ему не должна.

— Это ты так говоришь, а я-то знаю, что это неправда. Все его детство я провела в алкогольном бреду. Я перед ним в неоплатном долгу.

— Вонни, ты слишком много берешь на себя. Возможно, придется ехать в Англию. От анонима из-за границы могут не принять деньги.

— Я поеду. Конечно, поеду, — заверила она.

Такис поклонился и вышел. Он просто-напросто вздул бы мальчишку как следует. Но матери на это не способны.

Получив письмо от Вонни, Фиона отправилась к близнецам.

— Какое необычное имя, — удивилась Мод.

— Для ирландца, — добавил Саймон.

— Думаю, сначала ее звали Вероника, — объяснила Фиона. — Она с запада Ирландии.

— Представляю, как вы нас нахваливали, раз она согласилась приютить нас и взять на работу, — разволновалась Мод.

— Это всего лишь курятник! Но вы правы, я сказала, что на вас можно положиться.

— А вы откуда знаете, можно ли? — заинтересовался Саймон.

— Местный начальник участка Йоргис — мой хороший друг, и если вы окажетесь ненадежными гражданами, то и глазом моргнуть не успеете, как попадете за решетку.

— О, тогда ладно, — сказал Саймон.

— Значит, нам придется быть очень надежными, — согласилась Мод.

— А когда выйдете из тюрьмы — разумеется, если туда попадете, — я заявлюсь к вам домой и буду бить вас палкой, пока вы не истечете кровью, за то, что подвели меня.