— Саня, наших поднимай!

— Кирилл, но мы же…

Я понимал, что Непотопляемый сейчас скажет. Мы, мол, должны охранять твой ценный скелет, как знамя полка. Но я знал и другое. Наших ребят семьдесят восемь. Откидываем меня, Светку с ее виверной и еще парочку-другую. Остается порядка шестидесяти-шестидесяти пяти бойцов на змеекрылах. Самых ловких и маневренных существ во всей Верравии, каких нет у противника.

— Всех поведешь, это приказ! Ни одна колба не должна упасть во внутренний двор..

Саня кивнул. Все же он был умным и понятливым. Знал, что иногда можно высказать свое мнение, а порой лучше не спорить. Как, например, сейчас.

— Внимание всем, команда «Воздух». Главный Непотопляемый. Слушаем его, как меня. Главная задача, не дать противнику пробиться сюда.

Меня слышат только «Рыбосолы», как лидера младшего рейда. Такой метод связи есть у каждого кланлида, чтобы управлять своими ребятами. И само собой, команды Олега перебивают все междусобойные каналы.

Применяю «Ленивое одобрение». Доспехи ближников становятся еще более тусклыми, серыми, а мантии визардов курятся легкой дымкой. Теперь все их таланты улучшены на пятьдесят процентов. Все и так заряжены баффами по самое горло. Лично у меня шкала здоровья поднята аж на три тысячи единиц, да и броня под завязку. Но, думается, и враг не лыком шит.

И вот взлетают, скорее даже взмывают, молниеносно, по вертолетной траектории, вверх мои ребята. Юдоль, Серенький, Латрон, Фиалка, Антидот, Дерден… Черт возьми, даже Кобелюга отправился воевать. Эх, жалко Серегу, он всеж торговец, а не боец. Новенькие, старенькие, бывалые, неофиты, все сливаются в многоголосый дружный рой. Замыкает нашу контратаку Света, оставшаяся верной своей Кеце.

Я понимал главную задачу наших воздушников. Впрочем, как и Олег, да и все рядовые бойцы, сейчас летевшие наперерез «темным». Надо добраться до зоны, где Нерадивость перестанет действовать, чтобы уже там обрушиться всей мощью на врага. Даже сейчас видно, что противника в воздухе много меньше, чем наших ребят. И дальники с земли их поддерживать не будут, чтобы не задеть случаем никого.

Однако и «темные» это отлично понимают. И пошли в убийственную атаку не потому, что слишком самонадеянны и глупы. Достаточно лишь одной твари добраться до храма. Упадет алхимическая колба с каким-нибудь «Дыханием Атронаха», произойдет осквернение, Нерадивость в два раза схлопывается и нас можно брать голыми руками.

И вот уже две темные тучи сходятся в небе над полуразрушенным городом. Но еще раньше, до того, как мелькнул в синеве первый взмах меча, слетело с пальцев магов заклинание, просвистело пущенное метательное копье, прозвучал выстрел. Сухой громкий щелчок спускаемой баллисты, разлетевшийся на десятки метров и довольный гномий вопль. Потому что самая крупная виверна, что летела впереди, гневно закричала. Длинная отравленная стрела проткнула ее насквозь вместе с всадником, и теперь они плашмя падали вниз.

— Глостер, — улыбнулся я одними губами.

И в следующее мгновение небо Йорана разразилось шумом боя. Сшиблись, озаренные знаменами дармоедов-паладинов, воины, ответили своим ударом меча окутанные черным маревом противники. Пошла беспорядочная рубка, в которой легкими колибри мелькали змеекрылы, полилась плотным дождем горячая кровь, посыпались на свежие руины разрушенного города тела бойцов и маунтов.

— Левый край прорывают, не видите что ли? — гневно отчитал летунов Олег.

А я даже понял почему. Среди «темных» было много Корибантов, именно от них шло то самое марево, укрывавшее своим антрацитовым пологом приспешников Гаррега. С ними мои Паладины худо-бедно, но справлялись. Но вот по левому краю прошли целых два жреца.

Первый применил некий сильный дебафф, влияющий, как я понял, на уменьшение брони — именно тогда наши ребята стали умирать чуть ли не с полтычка, а второй выпустил черное кислотное облако, окутывающее его, что отнимало чуть ли не по сотке единиц хитпоинтов каждую секунду.