«Во имя всех святых, что она делает здесь?» – подумал он.

Фоти медленно встал, с подозрением глядя то на рыжеволосого пирата, то на мальчика.

– В чем дело? При помощи этой странной игры ты хочешь поднять цену, ахмар-паша?

Мальчик бросился к двери. Фоти остолбенел, осененный внезапной догадкой.

– Женщина! – Фоти, с ненавистью взглянув на Рэна, вытащил кривой нож. – Ты замыслил обман вместе с… женщиной! – завизжал он.

В комнате все пришло в движение. Мужчины пытались рассмотреть лицо женщины, а Рэн, защищая Аврору от любопытных взоров, привлек ее к себе. Высокий тюрбан девушки развязался, на спину упала длинная толстая коса.

Мужчины устремились к ним, желая заполучить незнакомку.

– Чума тебя возьми, ты снова все испортила! – крикнул Рэн, отражая удары.

– Не взваливай всю вину на меня.

– Да ведь только ты и виновата!

Скрупулезно разработанный план действий провалился. Хотя Рэнсом не знал, разгадал ли Фоти его истинные мотивы, ему теперь оставалось одно – поскорее ретироваться, оставив пленных товарищей.

Три алжирца напали на них, и Рэн крикнул:

– Доминго, держи ее!

Доминго схватил Аврору, но ему не терпелось принять участие в драке, поэтому он передал ее другому моряку.

– Квинси, ты отвечаешь за эту женщину! – воскликнул Доминго и бросился в бой, прикрывая капитана с тыла.

Квинси, усмехнувшись, перепоручил Аврору своему спутнику: им всем хотелось избавиться от этой помехи и предоставить женщину самой себе.

Аврора словно мяч перелетала от одного моряка к другому, пока кого-то из них не сразил удар и она не осталась одна-одинешенька. Чьи-то руки грубо схватили девушку сзади, пытаясь сорвать с нее одежду. Аврора, вывернувшись, ударила араба кулаком по носу, а потом, изловчившись, коленом в пах. Араб скорчился от боли.

Рэн застыл от удивления, но тут же заметил, что другой араб подкрадывается к девушке. Бросившись вперед, он схватил Аврору за талию и отступил к двери. Среди всеобщей сумятицы человек, лицо которого скрывал капюшон, спокойно отодвинул миску с рисом, взял посох и, пробравшись к выходу, неторопливо пошел прочь. Рэн узнал в нем старого телохранителя Авроры.

– Доминго! Кастильо! Уходим! – скомандовал Рэн, крепко держа свою добычу.

– Что тебя связывает с этим человеком, Рэнсом? Ты что, торгуешь рабами?

«Торгуешь рабами» прозвучало как страшное обвинение. Рэн видел, что ее лицо измазано сажей, а голубые глаза сверкают от гнева. Аврора вырывалась, пытаясь освободить свою сумку и, главное, руку.

– Фоти Кафар – это… это… – Аврора рылась в своей сумке.

– Откормщик свиней, – подсказал Рэн, таща девушку за собой и постоянно оглядываясь. Невесть откуда появившийся Шокаи, как тень, следовал за ними.

– Ах, у него нет сердца, он охотится на невинных людей! – Аврора сунула содержимое своей сумки в руки Рэна. Он остановился посреди улицы, неловко держа какие-то мешочки, бутылочки, камешки и свечи. – Фоти разлучает мужей и жен, матерей и детей – о, Рэнсом, он лишает детей крова и родителей! – Она взглянула на Рэна. – Неужели и у тебя сердце из камня?

«Господи, дай мне силы выдержать все это! – мысленно воззвал он к небесам. – Мне следовало бы оставить ее там, где она была». Аврора вручила ему маленький кинжал и закрытую коробочку.

– Чем это ты занимаешься? Мы должны спешить!

– Потерпи минутку, Рэнсом.