— Обязательно, — хохотнул Ворон, пребывая, очевидно, в отличном расположении духа. — Только для начала сожгут Луку на медленном огне!

— Он что, тоже Одержимый? — удивился я.

— Хуже, — Ворон распахнул сундук и принялся выкладывать на стол… инструменты для пыток? — Он демон.

— Ого, — удивился я. — Что ж, теперь ясно почему он такой… быстрый.

— При случае обязательно попробуй его яблочный сидр, — посоветовал Ворон, заканчивая выкладывать свои инструменты на столе. — Ну чего ты стоишь? Садись и выбирай любую руку.

— Зачем? — уточнил я, догадываясь, какой будет ответ.

— Будем набивать тебе татуировку, — как нечто само собой разумеющееся сообщил Ворон. — Ведь тебе же понравился цветочек?

— Понравился, — кивнул я, мысленно примеряя к себе неуязвимость для пяти-семи ударов.

— Вот и садись, — кивнул перевёртыш, разворачивая предо мной книгу с рисунками татушек и их кратким описанием. — Выбирай.

Я с любопытством посмотрел в альбом и еле сдержался от того, чтобы не присвистнуть. Неужели он может даже такое?!

— Да легко, — усмехнулся Ворон, проследив за моим взглядом. — Ну а пока я буду работать, то отвечу на все твои вопросы. Ну что, выбрал?

— Почти, — протянул я, листая альбом и делая мысленные закладки. — А можно две?

— Только одну, — покачал головой Ворон.

— А это надолго?

— Очень, — подтвердил Ворон.

— У меня встреча с Медведем…

— Малоед! — Ворон крикнул куда-то в туман, но у меня появилось стойкое ощущение, что татуированный помощник Ворона его прекрасно услышал. — Предупреди Хранителя и принеси нам еды.

Ворон посмотрел на разворот, на котором я остановил свой выбор и задумчиво прищёлкнул языком.

— Еды тащи на три дня! И раздобудь у зельеваров бодряк-травы для моей трубки! Это будет… непросто.

Глава 21

Три дня меня категорически не устраивало и после долгих споров с Вороном, мы с сожалением оставили выбранную мной татуировку на: как-нибудь потом.

Ворон молча качал головой, а я заедал расстройство принесенной Малоедом снедью.

Татуировка была хороша.

Она должна была лечь на всю спинку — чешуя к чешуе, и всё бы ничего, но меня смущали две вещи.

Во-первых, семьдесят два часа безостановочной набивки.

Я сомневался даже не столько в себе, сколько в возможностях Ворона. Ведь трое суток предельного напряжения — это что-то из области фантастики.

Во-вторых, суть дракона.

Ворон вскользь упомянул о том, внутренней дуэли, и я, почувствовал сомнение в его словах, принялся выводить перевертыша на чистую воду.

Оказалось, что все татуировки с тотемами — это, по сути, кот в мешке.

Помимо сложного ритуала, во время которого тотем мог отказаться устанавливать связь, существовала опасность внутреннего конфликта.

Любой зверь, будь то кот или дракон, мог не согласиться с… скажем так, внутренним миром разумного и начать внутреннюю войну.

И чем крупнее был тотем, тем сильнее ожидалось сопротивление.

Ну и самое главное.

Тотема можно было пригласить, к тому же у перевертышей эта практика была поставлена на поток, но тотем сам выбирал заключать сделку с одаренным или нет.

Всего, как поведал Ворон, было три варианта обретения фамилиара.

Первый всерьез не рассматривался, и был, по сути, удачным стечением обстоятельства, как, например, у Лешего.