Изменить размер шрифта - +
В половине шестого вечера съела кусочек свинины с хлебом, потому что меня мутило от голода. В семь, полностью отчаявшись, я посмотрела «Спокойной ночи» и программу новостей, чтобы узнать о происшествиях на железной дороге, а также об автомобильных авариях. Да, много всего произошло. В восемь послушала прогноз погоды. Призадумалась, не позвонить ли мне в справочную по несчастным случаям, но не знала, едут ли они на своем прелестном белом «ниссане» или на чем-нибудь другом. В девять я приготовила постели, а в десять на минуту зашла к Уле, чтобы хоть немного успокоиться.

– Ты вообще перестала к нам заглядывать. Хорошо, Адам хоть изредка уезжает, – заметил Кшись, напоминая, что я женщина зависимая.

Именно в этот момент они приехали. На машине. Остановились у ворот и интеллигентно посигналили.

Мы бросились друг другу в объятия, потом я повела гостей в дом.

– Ты, наверное, не в своем уме, столько хлопот из-за нас! – прокричали они мне.

После чего стащили постельное белье, достали спальные мешки и разложили их на кровати. Только ополоснуться бы чуть-чуть, дорога была кошмарная, еда дрянная… Я полетела в кухню, поставила на огонь картошку и свинину, заправила соусом салат. Они плещутся в ванной, я накрываю на стол – вино, свечи и все прочее.

– Ну к чему все эти хлопоты из-за нас! – вздохнули гости, выйдя из ванной. Она – вся свеженькая, он побрит. – Зачем? Мы же пообедали в Варшаве, Артур вообще не ест мяса, из выпивки употребляем только водку, она не так вредна для печени, да-да, и вообще не беспокойся! У нас в машине осталось пол-литра водки.

Я принесла свинину, картошку, салат. Рулет из индейки выглядел потрясающе, меня распирало от гордости, я уже знала, что у них там что-то поменялось, но ведь они предупреждали, что все очень неопределенно, чтобы не создавать мне лишних проблем, а потому я решила: надо радоваться. Несмотря на…

– Да зачем все это? Мы же сказали, что совсем не голодны. Может быть, только салатику.

Я принесла салат и забрала рулет.

– Ох, с чесноком я не ем. А не найдется ли, случайно, немножко винегрету?

Я пошла в кухню и принесла мисочку с оставшимися листьями вымытого кресс-салата, растительное масло, лимон, соль, перец, поставила все на стол.

– Ой, а масло только такое? Мы любим оливковое, спасибо, с таким не едим, только не беспокойся, садись, что ты все бегаешь и бегаешь.

– Может, чаю?

Я от всей души хотела быть гостеприимной.

– О, чаю – с удовольствием, с пребольшим, чаек хорошо после такой долгой дороги, ха-ха.

Я поставила кипятиться воду. Стояла над электрическим чайником, кувшин для кипятка был приготовлен, чашки тоже. Подала им чай.

– Черный? Ой-ой, мы-то пьем только зеленый, но не беда, обойдемся и водой. Горячей…

Я побежала за водой.

– А у тебя только водопроводная? Из артезианского колодца намного полезнее, но, впрочем, не страшно. А может, у тебя есть минеральная?

– Есть.

Я направилась в кухню, достала последнюю бутылку минералки.

– Ой-ой, газированная?

– Нет, без газа.

– А выглядит как газированная, правда? Почему ты не сядешь? С тобой невозможно даже словом перекинуться. У нас в машине, наверное, еще осталась вода с дороги, негазированная, Артур, сбегай-ка, а ты, Юдитка, не создавай себе проблем.

Артур понесся за негазированной водой в машину.

Картошка, посыпанная укропом, дымилась на столе.

– Ты ешь картошку? – Миська предупредительна, а я голодна. – А мы едим в основном каши. И лучше всего – длиннозерный темный рис. Ох, до чего же я рада, что мы встретились!

– Я тоже.

Быстрый переход