– Я не могу сказать ей, – возразил он. – Я себе представить это не могу. Ты хоть понимаешь, какой для нее будет удар?!

– Знаю, и все таки тебе придется это сделать. – Фриско тяжело вздохнула. Она была очень обижена – не за себя, за мать, единственная вина которой заключалась лишь в том, что она очень уж сильно любила, не сомневаясь ни в чем и никогда не задавая вопросов. – Других вариантов я просто не вижу, папа.

– Но и это не вариант, – сказал Гарольд, подойдя вплотную к дочери и уставившись в окно. – Да и времени уже совершенно нет. Завтра в девять утра тут будет Лукас Маканна. Говорят, он всегда пунктуален, никогда не опаздывает.

Лукас Маканна. Фриско совершенно позабыла о нем. Впрочем, это и неудивительно, если учесть, сколько всего произошло сегодня.

– Тогда отмени встречу, – нетерпеливо сказала она. – Перенеси ее на более позднее время.

Не дожидаясь, когда она закончит говорить, Гарольд отрицательно замотал головой.

– Об этом я сам уже думал и утром пытался перенести встречу, звонил ему домой, затем в офис на заводе около Ридинга. Разговаривал с его братом Майклом. Тот сообщил, что Лукас еще вчера, мол, поехал в Филадельфию и что перед отъездом не сообщил, в каком именно отеле намерен остановиться.

– В таком случае, раз уж встречу никак нельзя отменить, ты должен блефовать изо всех сил, разговаривая с этим Лукасом, – посоветовала Фриско. – И ничего конкретно не сообщай ему до тех пор, пока не переговоришь с матерью.

– Блефовать с Маканной?! – недоуменно переспросил он, как если бы она предложила ему вытащить из за спины крылья и лететь, подобно птице. – Ты, должно быть, просто шутишь?

– Кто бы он ни был, папа, он такой же человек, как и все, – и Фриско махнула рукой, давая понять, что особенно робеть перед Маканной не имеет смысла. – И, кроме того, у тебя ведь нет иного выхода, – напомнила она отцу, – ты ведь сам говоришь, что избежать встречи никак нельзя.

– Ну хорошо, – сказал Гарольд, хотя вид его говорил о прямо противоположном. – Но одному мне с ним не управиться. Нужно, чтобы ты присутствовала при нашем разговоре.

– Я?! – она отчаянно замотала головой. – Чем же я смогу тебе помочь?

– Ты окажешь мне моральную поддержку. – Гарольд схватил ее за руку и просительно заглянул в глаза дочери. – Фриско, я прошу тебя.

Что ей еще оставалось делать? Правый или виноватый, хороший или плохой, сколь угодно глупый и нерасчетливый, он тем не менее оставался ее отцом. И Фриско любила его.

– Хорошо, папа, я буду рядом с тобой.

Глава 5

– Ну вот, теперь вы все знаете. – Тим Дженкинс, он же бухгалтерская крыса, поднял глаза от широкогорлого бокала с бренди и посмотрел на Лукаса.

– Хммм… – промычал Лукас, проглатывая коньяк. Прежде чем проглотить, он долго катал напиток во рту, наслаждаясь его букетом. – Значит, говоришь, получается так, что Стайер не только говенный бизнесмен, но еще и вор вдобавок?

– И, похоже, к тому же паршиво играет на торгах, это тоже не забудьте, – напомнил Тим и с наслаждением вдохнул аромат бренди, согретого в руках.

Лукас ухмыльнулся.

– Не забуду. Прежде чем заявиться к нему в офис, я заранее все разузнал о его так называемых потерях на торгах.

– В этом я не сомневался. – Тим поежился и сделал большой глоток. «Ну и жуткая улыбочка у этого парня, прямо не по себе делается».