Уилл одарил ее мягкой отцовской улыбкой.

– Фриско – замечательная девушка, – сделал он комплимент, затем нахмурился. – Слушайте, все это, разумеется, не мое дело, но я все таки не могу понять. Женившись, вы намерены сразу же покинуть этот земной рай, так подходящий для проведения медового месяца. С чего бы это?

– Увы, тут уж ничего не поделаешь, – и Лукас придал своему лицу столь печальное выражение, что Фриско так и подмывало пнуть его под столом. – Бизнес требует моего возвращения, вы же понимаете…

Фриско подумала, что если в ее присутствии он еще несколько раз произнесет противнейшее слово «бизнес», то она не выдержит: завопит и примется рвать на себе волосы.

– О да, прекрасно могу вас понять. Я отлично знаю, что это такое, когда дела требуют внимания. – Уилл вздохнул. – Но… – Он несколько секунд поколебался, затем все таки произнес: – Знаете, я и сам не жалую людей, которые лезут со своими советами, тем более когда их об этом никто не просит…

– Я слушаю, не стесняйтесь, – подбодрил его Лукас.

Неужели скажет какую нибудь бестактность? – спешно подумала Фриско и, устыдившись собственной мысли, потупилась.

– Все это замечательно, что вы так преданы своему бизнесу. Но… очень важно соблюдать равновесие, – Уилл твердо взглянул в лицо Лукаса. – Я ведь вот что имею в виду. Бизнес – это хорошо, но нельзя, чтобы он заслонял другие, не менее важные стороны жизни. Вы обделяете себя, обедняете собственную жизнь, если любящие вас люди страдают из за вас.

Браво! Фриско хотелось вскочить и расцеловать Уилла. Она не ошиблась в нем: он и вправду, как она думала еще в самолете, исключительно мудрый человек.

Она, впрочем, не вскочила, не расцеловала. Хотя и сделала то, что выглядело не менее неожиданным.

– Уилл, скажите, могу я надеяться, что вы окажете мне честь быть на церемонии бракосочетания? Я бы хотела видеть вас посаженым отцом.

Сказать, что Уилл был крайне поражен, значило вовсе ничего не сказать. Правильнее было бы определить его состояние словом «шок». Впрочем, ее смелое приглашение весьма удивило также и Лукаса.

– Я должен буду как бы выдать вас замуж?!

В голосе Уилла было столько неподдельного трепета, что Фриско, наверное, рассмеялась бы, если бы не почувствовала, что к глазам ее подкатили слезы.

– Ну, в некотором смысле – да.

– Простите, не вполне вас понимаю.

– Видите ли, Уилл, Фриско имеет в виду вот что. Свадьбу мы решили обставить чрезвычайно скромно, как тихое семейное торжество, – сказал Лукас, прежде чем Фриско успела рот раскрыть. – Никакой помпы, никакого шумного застолья.

– А, собственно, почему? – Уилл нахмурился, похоже, не вполне одобряя такой сценарий.

– Ну, потому, что церемония – это ведь простая формальность, – поспешила сказать Фриско.

Лукас бросил в ее сторону раздосадованный взгляд.

Она ответила ему не менее выразительным взглядом.

– Простая формальность… – вслух повторил Уилл, от которого не укрылось, как переглянулись между собой Фриско и Лукас.

Фриско прикусила язык, позволив Лукасу выходить из создавшейся ситуации в одиночку.

– Именно.

Уилл, явно поставленный в тупик, недоуменно покачал головой.

– Будь я проклят, если понимаю нынешнюю молодежь. Когда мы с моей будущей женой только решили пожениться, я понимал, что совершаю самый важный в своей жизни шаг. Уж что что, но свадьба – никак не простая формальность.

– Видите ли, Уилл, я уже далеко не юноша, – сухо заметил ему Лукас. – И мне вовсе незачем оправдывать собственные поступки перед кем бы то ни было.