— Расслабься, — всегда говорила ее сестра-близнец Минти. — Ты думаешь, что можешь все. Пора немного остыть и позволить другим самим решать свои проблемы. Кстати, о Таллуле. Она станет для тебя приемной дочерью, а в результате ты превратишься в одну из этих старых дев, которые разговаривают с болонками. Что же будет с твоей репутацией деловой женщины?

— Я несколько лет пыталась убедить маму относиться к Таллуле как к собаке, а не ребенку. Ты же сама только что сказала — я деловая женщина. И вряд ли начну сюсюкать с собакой.

— Кто знает, что с тобой случится после переезда в деревню? — возразила Минти. — В любом случае ты не настолько сильная, как притворяешься, иначе нашла бы для этой собаки другого хозяина. А то и усыпила бы ее.

— Вот еще! — с ужасом воскликнула Морган. — Я обещала маме, что мы позаботимся о ней.

— Я же сказала, что ты вовсе не сильная!

— Тогда сама ее забирай.

— Не могу — у Сэма аллергия на всех лохматых.

— В таком случае ей придется остаться со мной.

Сейчас, сидя в машине, она посмотрела на собаку, которая до сих пор пребывала в прострации. Да, наверное, у нее сегодня был не самый легкий день — незнакомый кабинет, холодные глаза этого коновала, жесткие руки, которые безжалостно ее ощупывали, да и какой даме понравится, когда ее называют разжиревшей? Не говоря уже о термометре в самом неподходящем месте.

Хотя насчет рук она, пожалуй, все-таки погорячилась.

— Ты же не хочешь сидеть на диете и бегать по тренажерному залу, верно? — сказала Морган собаке, которая вскинула уши при звуке ее голоса.

Вот она и начала разговаривать с собакой. Наверное, Минти все-таки была права. А дальше будет твидовая юбка и ненавистный чепчик.

Видно, от судьбы не уйдешь. Плачет по ней участь старой девы.

По крайней мере, теперь мне будет чем заняться, решила Морган, когда двигатель низко заурчал. Может, ей и не везет в любви, зато везет в работе. Она зарабатывала достаточно, чтобы позволить себе роскошную машину с плавными и в то же время строгими линиями и мощным мотором.

Без сомнения, Алистер Браун заявил бы, что это очень непрактичная машина для сельской местности. Ладно, может, Морган все-таки купит себе резиновые калоши, но от этого автомобиля не откажется ни за какие коврижки!

Она всегда умела достигать поставленных целей. В этом и состоял секрет ее успеха. А в последнее время с целями было туговато.

Может, зря она переехала в Йоркшир? Продала свою компанию за гигантскую сумму денег, когда мама умерла. Поль ушел от нее… Это был более чем подходящий момент попытаться изменить жизнь к лучшему.

В ту пору Морган уже мутило от вечно царящей в Лондоне суеты. Простота сельской жизни неудержимо притягивала ее. Она мечтала просто посидеть и почитать днем, приготовить что-нибудь вкусное, заняться садом и стать частью небольшого сообщества.

Но если последний пункт включает в себя общение с людьми вроде Алистера Брауна, то вряд ли Морган будет довольна. Она от души надеялась, что местные окажутся дружелюбнее.

Ну и ладно! По крайней мере, у нее есть любимая машина и прекрасный дом. Ей невероятно повезло.

Автомобиль ехал вдоль ряда заботливо посаженных деревьев, и настроение постепенно улучшалось. Инглтон-Холл был настоящим произведением искусства. После пожара, почти полностью уничтожившего крышу и верхний этаж, дом был заброшен и пришел в полное запустение — до тех пор, пока Морган не купила его, мечтая восстановить особняк в его былом величии.

Погрузившись в воспоминания, женщина не сразу заметила две фигурки, маячившие возле дома.