Вместо того чтобы успокоить, слова эти только еще больше опечалили ее. Но она кивнула, сделав попытку улыбнуться. Указав на кулон, он спросил:

– Можно взглянуть?

Мири неохотно показала ему большой серебряный овал с выгравированным на нем волком, воющим на луну. Он открыл кулон и постарался равнодушно прочесть надпись: «Твой до скончания времен». Вместо этого он сосредоточился на изящных часах и тихонько присвистнул.

– Дорогая штучка. Э-э… прости, что спрашиваю, но ты уверена, что твой друг не украл это?

– Конечно, уверена, – с негодованием произнесли Мири. – Кем бы он ни был в юности, Мартин больше не вор. На службе короля Наварры он много преуспел и стал настоящим вельможей. Он пользуется огромным успехом у придворных дам.

Симон в этом не сомневался. Он обожал женщин и, возможно, еще не утратил своей красоты и обаяния, Будь он проклят! Симон ощутил нечто похожее на ревность, но постарался скрыть свое чувство.

– Несмотря на ухаживания за другими дамами, он, вероятно, по-прежнему предан тебе, – заметил Симон.

– Он безнадежный романтик и относится ко мне, словно я неприступная богиня, называет меня своей Лунной девой и вечно стремится совершать отчаянные поступки в мою честь, чтобы завоевать мое сердце, – грустно улыбнулась Мири. – Порой мне хочется, чтобы он старался не так сильно и помнил, что… что…

– Что ты женщина с очень земными потребностями?

Она посмотрела на него, откровенно удивленная его словами. Кивнув в знак согласия, она все же заметила:

– Я не жалуюсь. Он действительно меня любит, и он всегда был моим самым верным другом многие годы, всегда веселил меня, всегда поднимал мне настроение, когда я грустила.

«Но любишь ли его ты?» – хотелось спросить Симону, но он смолчал, отчасти боясь ответа, отчасти считая, что это не его дело. Но не спросить он все же не мог.

– Так почему ты не вышла за него замуж? Твои сестры не одобряют?

– О нет. Габриэль давно хочет, чтобы я вышла за него замуж. Они с Арианн обожают Мартина.

«Так же, как они ненавидят меня», – подумал Симон, понимая разницу между собой и Ле Лупом. С одной стороны, ослепительно красивый придворный, преданный Мири все эти годы. С другой – изуродованный шрамами и потасканный охотник на ведьм, преследуемый бесконечными воспоминаниями и упреками, постоянно приносящий в их семью горе, проклятие ее семьи.

Это не имело значения. Он никогда не надеялся завоевать Мири, никогда не понимал, как сильно она ему нужна… до настоящего момента. Он захлопнул кулон и отпустил его, с наигранной веселостью произнеся:

– Уверен, твои сестры правы. Когда закончится эта погоня за Серебряной розой, ты должна сойтись со своим месье Волком. Он сможет дать тебе роскошный дом и семью. – «Все то, чего я дать никогда не смогу». – После всего пережитого горя ты заслужила счастья, моя дорогая, – тихо добавил он.

«А как насчет тебя, Симон? Чего заслужил ты?» – хотела спросить Мири, но он уже отошел от нее, бормоча, что нужно еще раз, на всякий случай, осмотреть двор. Она провела языком по губам, вспоминая вкус его поцелуя, все еще ощущая его объятия.

Когда он исчез за дверью сарая, она поежилась, вдруг почувствовав холод и одиночество. Зажав кулон Мартина в кулаке, она горестно посмотрела на него.

Выйти за него замуж. Именно это сказали ее сестры и Мари Клэр, и даже она сама обещала себе сделать это. А теперь и Симон советует.