– Ненавижу твою привычку забываться в сладких мечтах и убегать от реального мира.

«Ты, мама, делаешь то же самое. Но используешь для этого бутылку вина».

Крамольная мысль пронеслась в голове раньше, чем она успела ее погасить. Кассандра сделала шумный вдох, залепила Мэг звонкую оплеуху, от которой у той брызнули слезы, и стряхнула дочь с коленей. Девочка упала на пол с громким стуком. Медленно она села, потирая ушибленную щеку, и заморгала, чтобы удержать слезы. Захватившее чувство показалось ей незнакомым. На то, чтобы понять его, ушло время. Это была злость.

Но на смену этому чувству пришел обычный страх, когда Кассандра встала со стула. Мэг зажала в руке медальон на своей груди. Она затаила дыхание, готовая к наказанию.

Несмотря на то что губы Кассандры сжались, она не попыталась взяться за свой амулет.

– Хватит этой ерунды, – заявила она. – Время выполнить свой долг в отношении меня и твоей страны. – Кассандра ощупала свой пояс и отыскала на нем тяжелый железный ключ. – Вот. Пойди принеси «Книгу теней».

Мэг встала с пола, взяла ключ дрожащими пальцами и пошла открывать небольшой сундук возле кровати матери. Там лежали два предмета: тяжелая печать с буквой К и книга, не больше той Библии, что была у Норис.

Страшная «Книга теней» выглядела такой безобидной – просто старинный том с пожелтевшими страницами в потертом кожаном переплете. Но, как только Мэг взяла ее в руки, книга словно обрела собственную страшную жизнь. Каким-то странным образом она чувствовала пульс ее темной мудрости, которая была ей отвратительна, и книга призывала к себе.

Мэг отнесла книгу на стол и положила, нервно вытерев руки о платье. Кассандра взялась за свой посох. Простукивая путь перед собой, она подошла к Мэг.

– Над чем мне сегодня работать, мама? – равнодушно спросила девочка. – Заклинание для возвращения вам зрения?

– Если бы ты была хорошей дочерью, ты бы это уже нашла, – презрительно ответила Кассандра.

Мэг замерла, пытаясь не выдать своего секрета малейшим шорохом или дыханием. Она разгадала заклинание давно, но, если у матери восстановится зрение, кому-то другому придется ослепнуть. Кассандра без сожаления принесет в жертву любого, но Мэг содрогалась при этой мысли. Возможно, тогда мама не будет такой злой, если сможет видеть, но цена была слишком высока.

Как ей хотелось умолять Кассандру: «Мама, давай избавимся от этой ужасной книги, забудем все бредовые планы и оставим надежды, пока ничего не случилось. Давай уедем, и будем снова жить в нашем прелестном маленьком доме в Дувре. Я буду хорошо заботиться о тебе. Клянусь. Я стану твоими глазами, как Цезарь».

Но такие мольбы лишь разозлят мать, поэтому Мэг смолчала. Она все больше училась скрывать мысли от Кассандры, и эта растущая сила пугала ее.

– Пока забудь про заговор о возвращении мне зрения, – приказала Кассандра и напугала Мэг, внезапно потребовав: – Ты знаешь, что такое миазма?

– Д-да, – нервно ответила Мэг. – Норис объяснила мне, когда я услышала несколько историй про Темную Королеву. Она сказала, что миазма – ядовитый дым, который… от которого люди сходят с ума, начинают нападать друг на друга, и что только Темная Королева способна использовать такую черную магию. Но миазма так опасна, она может выйти из-под контроля колдуньи, даже Темная Королева с ней больше не связывается.

– Тебе все это рассказала госпожа Вотерс, да? – нахмурившись, прошептала Кассандра. – Женщина была большой дурой, и, кажется, я запретила тебе упоминать о ней при мне. – Колдунья провела пальцами по столу, пока не нащупала «Книгу теней», и положила на нее руку.