– Лорена!

Симон проснулся и сел. От яркого солнца он зажмурился, все еще пребывая во сне. Мгновение он не понимал, где находится, пока не увидел женщину, склонившуюся над ним. Из-под короны белокурых кос ее глаза нежно и заботливо смотрели на него.

– Симон, ты… ты в порядке? – спросила Мири.

Он шумно выдохнул и провел рукой по лицу, пытаясь избавиться от остатков сна.

– Да, просто… просто…

– Плохой сон, – помогла Мири. Потом помолчала и тихо спросила: – Кто такая Лорена?

Симон сморщился, испугавшись, что во сне что-то говорил, хныкая, словно испуганный ребенок.

– Никто, – огрызнулся он, но в горле застрял комок. Он посмотрел на свои руки, беспомощно лежавшие между коленями. – Она… она была моей сестрой.

Мири взяла его за руку, мягко и спокойно. В глазах ее было много вопросов, но она предпочла оставить его и покое и только ждать. Симон решил, что для одного дня болезненных воспоминаний достаточно. Господи! Этот сон он не видел много лет. Вот что случается, когда позволяешь себе вспомнить.

– Смотри, я в порядке. Это был всего лишь глупый сон. – Он резко поднес ее руку к губам и отпустил. – Прости, если напугал тебя. Чертовски недостойное поведение для мужчины.

– Нет, не смущайся. Плохие сны бывают у каждого. – Девушка опустила ресницы, признавшись: – Я… я тоже иногда вижу сны.

– Да, моя дорогая, но я охотник на ведьм. Я сам должен быть героем ночных кошмаров, а не мучиться от них.

Вставая, Симон попытался улыбнуться и взбодриться. Он протянул девушке руку. Она подняла шляпу и позволила ему помочь ей встать. Заметив, как далеко ушло солнце, мужчина нахмурился.

– Мири, я же сказал тебе не давать мне спать так долго.

– Ты устал. Надо было выспаться.

– Но ты же, наверное, от тоски умирала, глядя, как я храплю.

Потрогав край шляпы, она покачала головой и улыбнулась.

– Нет, вообще-то мне нравится смотреть, как ты спишь… Невзирая на засуху, здесь очень мило, особенно после мрака, который был вокруг нас. Так спокойно смотреть, как вокруг ходят нормальные люди, кипит обычная жизнь.

Симон посмотрел вниз и понял, о чем она говорила. Деревня Лонгпре казалась далекой от опасности и зла. Из личного опыта Симон знал, как быстро это может измениться, как эта безмятежность может исчезнуть в считанные минуты. Но было что-то успокаивающее в том, как два мальчугана гоняли маленькую черную собачку по улице, толстая крестьянка развешивала белье, а какие-то коренастые обнаженные юноши ныряли в реку, разбрызгивая воду.

Симон откашлялся и быстро встал так, чтобы Мири их не видела. Она улыбнулась, поняв, что он делает, и это ее позабавило.

– Все нормально, Симон. Я уже давно наблюдаю, как они плавают в реке. И с большой завистью, – сказала она, обмахиваясь шляпой. – Было бы здорово искупаться.

– Но Мири, они же… они…

– Голые? – полсала она плечами. – Не думаю, что надо стыдиться человеческого тела. Мы такие, какими нас создал Бог. А эти молодые люди прекрасны, отличный пример его творения. Хотя, возможно, не такой совершенный, как ты.

– Но ты никогда не видела меня обнаженным, – неуверенно произнес он. – Или… видела?

Она стыдливо опустила ресницы:

– Не полностью. Но было время, когда ты скрывался на острове Фэр. Я принесла тебе одежду, чтобы переодеться и избавиться от платья охотника на ведьм. Ты прятался в кустах, а я пыталась подсмотреть.

– Мирибель Шене!

И ее улыбке не было и тени раскаяния.