Очаровательный принц! Сердце Мелиор Мэри наполнилось радостью. Какой еще комплимент мог польстить ей больше, чем этот?

— Благодарю вас, сэр.

Она позабыла все слова, опустила глаза и смотрела в пол, как оробевшая девчонка. А принц, которого учили искусству любви женщины старше него, правильно понял ее смущение и умело перевел разговор, чтобы дать ей возможность взять себя в руки и вновь обрести уверенность в себе.

— Мадам, — серьезно сказал он, — я в Англии по делу, касающемуся короля Джеймса. Есть план, как свергнуть короля Георга Ганновера.

Она удивленно подняла на него глаза.

— Идет подготовка нового восстания?

— В некоторой степени — да. Пока мы с вами разговариваем, Мак-Дональд Лочгари и доктор Арчибальд Камерон готовятся поднять шотландских горцев.

— Они пойдут на юг?

Лицо принца стало хитрым, как у лисы.

— Гм… нет. Они будут здесь в качестве поддержки, если в них возникнет надобность.

— Боюсь, я не совсем вас понимаю, ваше высочество.

Он снова широко улыбнулся, словно мальчишка.

— О, это грандиозный план, мадам. Александр Муррей, брат лорда Элибенка, и я выдумали его в Париже. Он должен будет собрать компанию преданных сторонников в Лондоне, а я пока буду отсиживаться в доме леди Примроуз на Эссекс-стрит. А когда придет время, они войдут во дворец святого Джеймса и возьмут Ганноверов в плен, а я взойду на трон.

Мелиор Мэри не верила свои ушам.

— И это весь план?

— Да. Он вам не понравился? В чем же его несовершенство?

По лицу Чарльза Эдварда Стюарта пробежала тень — он очень рассердился. А Мелиор Мэри не знала, что и ответить. Она уже понимала, что этот человек изменит всю ее оставшуюся жизнь, даже если в ту же ночь уедет из замка Саттон и никогда больше не увидит ее. Он растопил лед, сковывающий ее все эти годы, смягчил тот несокрушимый камень, который когда-то был душой Мелиор Мэри Уэстон.

— Так что же вы скажете, мадам?

— Ваше высочество, уверен ли лорд Элибенк в том, что в столице можно найти сто человек, готовых к восстанию?

Принц поднялся со стула и начал нетерпеливо расхаживать по комнате. За ним шлейфом развевался его плащ.

— Что? Неужели в городе не найдется сотни преданных сердец, готовых послужить мне? Если это так, то династии Стюартов придется плохо!

Мелиор Мэри тоже встала.

— О, сэр, конечно, найдется! Вы знаете, как вас любят. Просто я боюсь за вас. У Георга есть преданная ему армия, и ваша команда может быть сломлена, а вы вместе с ними. Этот мясник Кумберленд пожертвует всем, чтобы увидеть вас мертвым.

Принц остановился и властно посмотрел на нее.

— Ах, Мелиор Мэри! Вы не знаете, что значит жить в ссылке! Вам не знакомо ощущение, когда ваше сердце каждый день поедает чувство неудовлетворения! Я говорю это только вам: мой отец просто потерял покой. Это я являюсь регентом Англии, это я рисковал жизнью, чтобы вернуть трон, и, если мой план не удастся, для него наступит период полной депрессии.

Принц одним глотком допил вино, что было для него в порядке вещей, — вино горячило его, когда он не мог занять себя делом. Эта привычка в итоге привела героя сорок пятого года к полному саморазрушению и отчаянию. Но в тот момент никто не мог предвидеть такого исхода, поэтому Мелиор Мэри автоматически снова наполнила его стакан.