Лукас – ее друг, но он был последним, кого Рейчел выбрала бы в мужья. Где гарантия, что он не станет вести себя так, как его родственники?

Однако у нее не было выбора. Коллинз может появиться в любую минуту с решением суда и уволочь ее к себе. Она должна выйти замуж немедленно, если хочет спасти мистера Донована. Лукас – единственный мужчина, который оказался рядом и которого Коллинз не способен будет раздавить.

Она бы чувствовала себя гораздо увереннее, если бы смогла поговорить с матерью. Но это было невозможно.

Рейчел не верила, что Лукас с ней до конца откровенен. Но как она может им объяснить, что до смерти боится встречи с законным опекуном.

– Спасибо вам, ваше преподобие, но я действительно хочу выйти замуж за мистера Грейнджера.

Миссис Андерсон взглянула на мужа:

– Вы еще не закончили с формальностями, милый. Разве по его взгляду не видно, что он женится на ней не для того, чтобы заполучить женщину, которая будет ему готовить и убирать дом?

С губ Рейчел сорвался звонкий смешок. Преподобный Андерсон секунду вглядывался в ее лицо, а потом одобрительно кивнул:

– Да, вы очень подходите друг другу. Я ни за что не стал бы связывать узами брака женщину, которую к этому принуждают. Но всегда с неохотой даю церковное благословение союзу исключительно по расчету. Однако это не ваш случай, раз вы улыбаетесь при мысли о браке.

– Я иду к роялю, дорогая, – решительно объявила миссис Андерсон. – Когда услышите, что я заиграла «Иисусе, радость желанная», войдете.

– Спасибо вам, миссис Андерсон.

Пусть она не знает истинных побуждений Лукаса, пусть боится будущего – но брак с ним убережет ее от власти Коллинза и поможет спасти жизнь мистеру Доновану. Этого ей должно быть достаточно – пусть даже ее сердце неожиданно пропускает удар всякий раз, когда Лукас к ней прикасается.

Миниатюрная женщина с озорными искрами в глазах, окруженных множеством морщинок, приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Вы прекрасная пара, дитя мое, – тихо проговорила она. – Он будет вас оберегать, а вы научите его смеяться.

Рейчел изумленно моргнула, но не успела ответить: миссис Андерсон исчезла, тихонько закрыв за собой дверь. Священник посмотрел на Рейчел:

– Если передумаете…

Она покачала головой.

Он закрыл тему, прищелкнув пальцами, и продолжил:

– Тогда мне надо позаботиться о том, чтобы ваш нетерпеливый жених не разнес храм, чтобы посмотреть, что за преграда стоит между ним и вашей свадьбой.

Рейчел кивнула. У нее перехватило дыхание. Их забота о незнакомке превратила обряд в настоящую свадьбу, чего Рейчел не ожидала.

Через минуту они услышали звуки рояля. Миссис Андерсон играла мелодии из произведений Баха. Войдя в церковь, Рейчел слегка дрожала.

Лукас повернулся, вглядываясь в ее лицо.

Рейчел секунду медлила, в последний раз оценивая его как свободная женщина. Женщина, которой предстоит делить с ним постель этой ночью и до конца ее дней.

Его иссиня-черные волосы блестели в свете газовых ламп, ложась волнами, в которые ей хотелось зарыться пальцами. Вопреки мужской моде его подбородок был чисто выбрит, откровенно дразня окружающих своей силой и презрением к общепринятым правилам. А его губы, которые до этого он так плотно сжимал, немного смягчились и стали почти открыто чувственными – и невероятно притягательными.

– Рейчел? – Его прекрасный низкий голос был таким же влекущим, как страстное прикосновение.

Она подняла руку, чтобы проследить пальцами линию его губ и погладить его высокие скулы…

На церковной скамье кто-то пошевелился, и скамья заскрипела.

Рейчел решительно взяла Лукаса под руку.