— Говно вопрос, — невозмутимо ответствовала Сандра, — вам же потом за меня краснеть.

— А ты, — перехватила Бэла инициативу, обращаясь к Катерине, — будешь в невинном белом платье. В горошек.

— Из серии «кто там водится в тихом омуте», — подхватила Сандра, которая не могла допустить, чтобы хоть один костюм обошелся без ее участия.

— Согласна, — Катерина вовсе не выглядела задетой. — Только платья в горошек у меня нет. Белое в василек подойдет?

— Вполне, подруга! — подмигнула довольная Сандра. — А ты, Белка, у нас, значит, «пятнадцатилетний капитан». За самым большим инструментом. Надо тебе накидку красную одолжить у Княгини.

— У Княгини не пойдет, — покачал головой Сашка. — Мы же не хотим, чтобы Белку арестовали за ложное ношение знаков различия?.. У меня шарф красный где-то был, он широкий. Вполне сойдет за накидку.

— Ну, значит, решено, — согласилась Сандра.

Белка подумала, не возразить ли ей, но решила все-таки не встревать.

Глава 28, мы идем на Мирабилис

Дня за четыре до посадки на Мирабилис капитан объявила о странном: сперва на планету отправят инструменты в шлюпке, а сам «Блик» сядет два дня спустя, в другом порту. Зачем это понадобилось, Княгиня объяснила так: кораблю предстоит большая болтанка при посадке, инструменты могут повредиться.

На шлюпке предстояло отправиться второму пилоту и Людоедке.

— Бред сивой кобылы, — сердито сказала Бэла, когда она помогала Сандре приносить еженедельные Средние Жертвы на корабельный алтарь (при этой процедуре должны были присутствовать и пилот, и кормчий).

Сашка тоже оказался при них — просто потому, что у него было свободное время, и он, вместо того, чтобы, например, тренироваться в управлении парусами или освежать в памяти навигационные заклятия, бил баклуши.

— Кем Княгиня нас считает вообще? — продолжала возмущаться пилот. — Ведь ясно, что на борту шлюпки болтанка будет сильнее, чем в корабле! Да и потом, тряска небольшим инструментам не повредит, если их как следует упаковать, и даже большим…

— Никем она нас не считает, — добродушно заметила Сандра. — Ясно же, что у них свои дела. Либо у Княгини в эфире, либо у Людоедки на планете. Вот Княгиня и выдумала такой благовидный предлог. То есть он для таможенников благовидный. А нам она как бы специально дает понять…

— Ну уж! Не могла сказать прямо…

— Она просто при Катерине не хочет. Она ей еще не доверяет.

— Хочешь сказать, что нам доверяет? — скептически спросила Белка.

Сандра не нашлась что ответить.

— Да ладно, — легкомысленно заметил Сашка. — Инструменты перевозить не просто, если Кэт и Людоедка все устроят за нас — нам же лучше. Кроме того, у меня такое чувство, что это у Людоедки дела. Она ведь явно лететь не хочет, а летит.

Действительно, тот солжет, кто назовет реакцию суперкарго Берг энтузиазмом.

— Кор-р-рыто! — с отвращением припечатала Людоедка, бросив один взгляд на борт извлеченной шлюпки. — Мыльница!

Шлюпка и впрямь напоминала мыльницу — или широкое веретено, если угодно. Только по раскраске можно было определить, где верх, где низ — да по коротенькой аварийной мачте, торчащей из верхнего «киля». С ростом старпома разогнуться внутри можно было только лежа.

— Главное, — продолжала инструктировать Катерину Балл, — необходимо доставить Людмилу в порт Ривер-Гранде быстро и безопасно.