На это Сашке сказать было нечего, тем более, что камертон не особенно помогал.

— Виолончель или не виолончель, — продолжала Санька, — а еще одного человека Княгиня все равно на Жемчужине брать будет.

— Зачем? — Белка настороженно вскинула голову.

— Затем, что если она намеревается натаскать Сашку как сэйл-мастера на переходе от Жемчужины до Майреди — который три месяца минимум, напомню вам, салагам — то одним человеком в рубке никак не обойдешься. Нужен либо второй пилот на подхвате, либо, скорее всего, еще один штурман. Сашка в фонаре, Княгиня либо с ним, либо из рубки командует, и двое на руле. Нормально.

— М-да, — протянул Сашка. В словах Саньки был очевидный резон. Интересно, она как, возьмет новенького вторым штурманом, или, наоборот, старшим?.. Не то чтобы Сашка был особенно честолюбив, но от места в судовой роли зависела доля в выручке…

— А не лучше ли было брать штурмана на Новой Оловати? — спросила Белка. — Это же крупная колония, а на Жемчужине что?

— Оловать — да, большая колония, большая промышленность… — кивнула Санька. — А на Жемчужине разве что рыболовный промысел, да добыча жемчуга. Но зато это хороший перевалочный пункт: после Жемчужины, как ты знаешь, Большой Стрим уходит к краю Галактики, куда сроду никому не надо, и народу приходится выбирать стримы поменьше и похуже. А это значит, что там само собой скапливается целая куча эфирников. Так что если брать кого, особенно транзитом, лучше Жемчужины не найти.

— Ну вот, раз ты так посвящена в планы Княгини, может, уговоришь ее взять кого-нибудь с виолончелью? — попытался подковырнуть Сашка.

— Лучше с концертным роялем, — покачала головой Сандра. — Чтобы в решающий момент из кустов — р-раз!.. Слушай, а вот как тебе эта штука Моцарта? — Санька наиграла.

— Она же для гобоя!

— Ну и фиг ли? Это уж моя забота, гобой изобразить. А ты изобрази аккомпанемент.

— Именно что «изобрази»… — вздохнул Сашка, послушно поднимая альт к подбородку.

Бэла перелистнула страницу. Фадеев казался как никогда туманным.

— Белка, бери тамбурины, — приказала Сандра. — Там как раз на переходах удобно ритм отбивать.

«Ну вот! — подумала Белка. — А если я не хочу брать тамбурины!»

Однако послушно потянулась за своими ударными, которые теперь обрели постоянное место у ручки дивана в кают-компании.

* * *

Во время короткого перелета до Жемчужины Княгиня провернула еще одно дело.

Она пригласила себе в каюту Людоедку и Сандру и спросила, что они думают насчет шелка, груженого на Новой Оловати. Если слово «груженый» подходит к ситуации, когда она невеликого телосложения женщина по дружбе прихватывает посылочку от старого приятеля. Проблема состояла в том, что шелк на Жемчужине был запрещен как предмет роскоши.

— Ничего не думаю, — Сандре предложили высказываться первой. — Я так поняла, у вас есть четкие каналы поставки? Свои люди? Вы мне сами говорили, что весь креатив начнется с Майреди.

Она не столько думала об ответе на вопрос, сколько разглядывала каюту капитана, где раньше ей бывать не доводилось. Ничего так. Аскетично. Только уж очень странные, ни на что не похожие амулеты висят на стенах. Вот что это может такое быть: решетчатый треугольник с закругленным нижнем краем и каким-то прибабахом сбоку? Такой символ плодородия?

Сандра знала, что символом плодородия может оказаться все что угодно.