— Скоро? — спросил Джон.

— Уже почти пришли!

— Тогда стой. Я вижу, тут валяются сучья — подбери несколько штук подлиннее.

— Но мы опаздываем, я уже слышу крики!..

— Делай что говорят.

Пища что-то неразборчивое, Пин выполнил приказ.

— Гарри, пакля у тебя?

— Да, сэр Джон.

— Обматывай сучья. Войдем в Чертог с факелами. Об огниве не беспокойся… Ах, будь оно неладно, у нас же смолы нет!

— Есть смола, есть, обматывайте! — заверил лесовик.

Подхватив наспех скрученные факелы в охапку, он бросился к ближайшей сосне, пал перед ней на колени и что-то зашептал. Заинтригованный, Джон осторожно приблизился. Смешно, однако ему вдруг представилось, что сосна сейчас оживет, что мохнатые лапы вознесутся и спустят из кроны какую-нибудь бадейку… Ничего столь картинного, конечно, не произошло. Но увиденное надолго врезалось в память, впечатлив отчего-то сильнее всех прочих чудес.

Сосна и правда качнулась. Словно дрожь пробежала по могучему стволу. И вдруг из-под коры тягучей струей ударила янтарная влага! Пин стал прижимать к ней факелы один за другим, свободной рукой поглаживая дерево. На миг Джону померещилось, что весь лес неслышно, но явственно отозвался на это небольшое чудо — где-то взволновалась трава, где-то скрипнули ветви, где-то прошуршали, падая, листья…

— Готово! — объявил Пин, он уже стоял перед молодым графом, протягивая ему готовые факелы. — Что еще нужно?

— Передай их Гарри, — ответил, стряхнув оцепенение, Джон. — Так, а теперь двигаем дальше. Только, Пин, шагов за сто от места попридержи бег. Я хочу ударить внезапно.

Уже на бегу лесовик, державшийся теперь за стремя Джона, сказал:

— Не волнуйся, рыцарь, тролли ничего не заметят, пока мы не нападем: магия братьев укроет нас.

— Ты слышишь, что там происходит?

— И слышу, и вижу. Я чувствую: силы братьев на исходе…

Через пару минут маленький отряд вырвался на просторную поляну, обрамленную исполинскими, другого слова не подберешь, вязами. Древесные титаны возносили кроны на немыслимую высоту, образуя все тот же плотный покров, но всех выше был вяз посередине: задрав голову, можно было рассмотреть только уходящий вверх могучий, неохватный ствол; у подножия его журчали три ручья. А между исполинами росли вязы поменьше, почти обычных размеров, но необычные тем, что росли они не по прихоти случая разбрасывая ветви, а в строгом соответствии с замыслом хозяев: ветви образовывали ровные площадки многоэтажных жилищ с лиственными стенами, с окнами и удобными лестницами из симметрично выращенных сучков.

То, что Джон сперва принял за естественные наросты на коре центрального ствола, оказалось подобным образом устроенными комнатами, или, скорее, кельями.

Все эти волшебные помещения были битком забиты лесовиками, издалека похожими на Пина как две капли воды. Два вяза были повалены, с корнем вырваны из земли и раскурочены. Шесть или семь мертвых Хранителей лежало поблизости, остальные разбежались к окраине поляны и жались к стволам-титанам. По поляне, слепо размахивая корявыми лапами, бродили шесть древесных троллей.

— Братья отводят им глаза, — шепотом пояснил Пин. — Тролли ничего не видят, пока сами не наткнутся… но другой защиты у Хранителей нет.

— Значит, нас они тоже не видят?

— Увидят, как только вы нападете хоть на одного.

— Ладно. Гарри, раздай факелы, — распорядился Джон и достал портсигар с зажигалкой. — Слушайте внимательно. Идем тихо и спокойно. Пока я не разрешу, ничего не предпринимать. Держаться всем вместе, на рожон не лезть.